Книга Знакомьтесь! Ваша дочь, босс, страница 22 – Галина Колоскова

Кондрат, наконец, сдаётся. Откладывает ложку и берёт Агнию на руки, не боясь испачкаться.

– Ладно, генерал, – говорит он ей, а она хватает его за щёку липкой ручкой. – На сегодня капитуляция. Но завтра мы разработаем новую тактику.

Он смотрит на меня через её голову. В ярко-голубых, как у дочери, глазах уже не ярость и не раздражение. В них незнакомое ещё ему самому удивление. И теплота, от которой у меня внутри всё сжимается в сладком, колючем комке.

– Что? – спрашиваю, чувствуя, как краснею.

– Ничего, – отвечает он, и его взгляд скользит по моему лицу, по моим губам. – Просто я впервые увидел, как ты по-настоящему смеёшься. Без сарказма. Без защитной насмешки.

– Это потому, что впервые есть над чем, – парирую я, но уже без привычной колкости.

– Нет, – Кондрат качает головой, и Агния копирует его движение. – Это потому, что я впервые увидел тебя вот такую. Не секретаршу. Не шантажистку. А просто… женщину. Смеющуюся на своей кухне.

Слово «своей» греет сердце. Я ждала его долгих три года. С тех пор как влюбилась в самовлюблённого занудного босса.

Он подходит ко мне, с ребёнком на руках. От него теперь пахнет не только парфюмом, но и детским питанием, и чем-то бесконечно своим, родным. Кондрат протягивает руку и стирает с моего подбородка каплю пюре, которую я не пропустила. Прикосновение тёплых пальцев обжигает.

– И знаешь, что? – говорит он тихо. – Мне это ужасно нравится.

Я понимаю, что проигрываю. Полностью и безоговорочно. Потому что предательское, глупое сердце, тщательно спрятанное за колкостями и сарказмом, падает к его ногам. Прямо в лужу кабачкового пюре. И ему там очень нравится.

Кондрат

Это утро начинается с тишины. Не с гнетущей, что была раньше, когда стены давили на меня холодным совершенством, а с тишины, наполненной приятными чуть слышными звуками. Где-то за дверью щебечет Василиса, что-то напевая Агнии. Я с наслаждением слушаю странный, новый для этого дома звук. И не хочется вскакивать, хвататься за телефон, проверять котировки. Потому что сегодня – выходной. Вернее, не так. Сегодня – день моей капитуляции!

Вчерашнее кабачковое пюре стало тем самым «Стоянием на Угре» в моей личной истории. После того как я отмылся от зелёных следов поражения и с тупой улыбкой на лице отдал костюм охране, чтобы сдали в химчистку, я понял: так больше нельзя. Я, Кондрат Темнов, не могу проигрывать сражения шестимесячному младенцу. Нужно менять стратегию. Если она не хочет есть внутри дома, значит, пойдём наружу.

Решительно встаю с постели. Одеваюсь в мягкие брюки и тёмный джемпер. Никаких костюмов. Сегодня я не босс. Сегодня я… нянька. Добровольная.

Захожу в гостиную. Василиса, скрестив длинные ноги, сидит на ковре в попытке натянуть на ступни Агнии розовые носки с зайчиками. Та дрыгает ногами так, будто от этого зависит её жизнь.

– Держись, солдат, – говорит Василиса с насмешливой ноткой, которая всегда заставляет меня то злиться, то смеяться. – Вражеские силы оказывают ожесточённое сопротивление. Нужно занять плацдарм до пятки!

Я останавливаюсь в дверях и наблюдаю. Смотрю, как тонкие пальцы ловко уворачиваются от дрыгающихся пяток. Как она улыбается и на щеке появляется ямочка, которую я раньше не замечал. Она прекрасна. Не «сексапильная бывшая секретарша», а просто прекрасна. В домашних штанах и с растрёпанными волосами она выглядит… своей. В моём доме. От этой мысли что-то ёкает внутри.