Книга Случайная двойня для босса, страница 36 – Алла Ларина

– Это останется на твоей совести, – пожимает плечами Покровский. – Но позволю себе напомнить, что ты работаешь у меня! – выделяет последнее слово голосом.

Мы смотрим друг другу прямо в глаза, скрестив взгляды, как шпаги в поединке.

Софья

Похоже, работы я лишусь при любом раскладе.

Соглашусь – никто не даст мне работать в отеле, когда забеременею, а потом я и сама не смогу. Представить невозможно вал сплетен, который на меня обрушится.

Откажусь – ну тут всё ясно. Рано или поздно уволят, либо уволюсь сама, не выдержав давления.

Сделаю вид, что согласилась, а потом «сольюсь» – аналогично, вопросов нет.

Единственный вариант, при котором мне может повезти – если соглашусь, но по результатам анализов окажется, что что-нибудь не так или я не подхожу по каким-то параметрам.

Но это никак от меня не зависит.

Я напряжённо размышляю, перестав обращать внимание на Покровского, который внимательно, не отводя глаз, меня разглядывает, но молчит и никак не мешает.

Если итог всё равно один… то…

Мне тошно от себя самой.

Но я отвечаю за своих детей. За их здоровье и жизнь.

Наверное, мама меня бы осудила. Сказала бы, что главное – быть честной.

Выбор небольшой. Соврать, что согласна, обследовать детей за счёт их отца, а потом отказаться от его предложения, уволиться и уехать. Или быть гордой, встать в позу, послать Покровского на три буквы… а потом всё равно уволиться и уехать.

Ну что ж… У меня на совести уже немало всего.

Значит, будет и эта ложь тоже.

Я поднимаю глаза на мужчину.

– Хорошо, – отвечаю чётко. – Я согласна на ваше предложение. Я пройду предварительное обследование и сдам анализы. Если вы сразу поможете с обследованием детей.

Покровский выглядит как-то… обескураженно, что ли. Не ожидал, что соглашусь?

Но мужчина очень быстро приходит в себя и встаёт.

– Отлично. Идём.

– Куда? – поднимаюсь.

– А где сейчас твои дети? – следует встречный вопрос.

– В детском саду, – отвечаю растерянно.

– Поехали, заберём их и отвезём к врачу.

– Но… а запись? – говорю и тут же понимаю, что запись для него не проблема, если он к главврачу запросто ходит.

– Договоримся, – кивает Покровский, подтверждая мои мысли.

– А… я не знаю, мы же должны как-то подписать… ну, договор или что-то такое?

– Ты собираешься меня обмануть? – он смотрит мне в глаза, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не отвести взгляд.

– Н-нет.

– Ну и отлично, я тебе верю, – мужчина пожимает плечами. – В любом случае до сдачи анализов и подтверждениясовместимости нет никакого смысла в заключении договора о суррогатном материнстве. А оплатить обследование твоих детей я в любом случае обещал.

Он открывает передо мной дверь кабинета, смотрит вопросительно.

– Что-то ещё? – спрашивает, потому что я продолжаю стоять на месте.

– Я… нет, – качаю головой. – Я просто растерялась. А что насчёт вашей невесты? Разве она не должна одобрить кандидатуру… суррогатной матери?

– Я поговорю с Алиной позже, – хмурится Глеб. – Мы едем или нет?!

– Да, извините, – закусываю губу и прохожу вперёд.

До дома, где расположен наш садик, мы доезжаем в молчании. Покровский садится за руль сам, не объясняя, почему. Вроде бы его невесту всё время возит водитель… Или это его помощник? Не знаю. О том, что просто так отвезти детей до больницы в машине не получится, соображаю, уже когда мужчина паркуется на стоянке, которую я показала.