Книга Ты в моем сердце, страница 102 – Аня Дарк

— Держи меня в курсе.

После разговора, я напряжённо всматривался в больничное окно, куда-то сквозь лапы зеленых елей, и задумчиво крутил в руке мобильник. Как разгадать этот ребус? Очевидно, проще было бы услышать ответы от нее, но сейчас это невозможно. Пока она в таком состоянии, я не имею никакого права заставлять ее нервничать.

Тут же вспомнилось моё поведение четыре года назад. Когда я своими нелепыми догадками уничтожил, задушил в зачатке зарождающиеся светлые чувства между нами собственными руками. Какой же я был дурак. Но сейчас я не совершу тех ошибок. Я дождусь, когда с ней можно будет поговорить, и тогда мы сможем всё решить. Я уверен.

Алина

Пустота была такой обволакивающей, теплой и умиротворяющей. Я не чувствовала боли ни душевной, ни физической. Может я умерла? Нет. Этого мне совершенно не хотелось. Ведь где-то там меня ждал мой Сашка.

Стоило подумать о нём, как меня резко выбросило из нежного забытия. Веки начали медленно подниматься, а голова раскалывалась от боли. Яркий свет буквально резал глаза, а голоса вокруг давили на ушные перепонки.

И снова тишина. Боли нет. Теперь мне казалось, что я лежу на воде. Морская гладь ласково обнимает всё моё тело, слегка покачивая на волнах. Я прохожусь пальчиками по прохладной поверхности, ощущая легкую дрожь. Она приятная, не пугающая, а родная. Вот она уже греет тёплым дыханием, немного замезшую руку. Мне тепло. Хорошо. Я люблю это море. Оно бывает опасным, грозным, вспыльчивым. Но оно моё. И мне хочется быть в его нерушимых объятиях всегда. Оно бормочет мне что-то. Это важные слова, но я их не слышу, а чувствую. Море просит меня о прощении. Но я ведь не могу злиться на него. Мы с ним одно целое. И так было и будет всегда. Оно нежно целует мне руку прижимая ее к себе. И этот запах. Он учащает мой пульс.

Меня вдруг резко выносит на берег, выбрасывая из глубоких вод. Нет! Я не хочу! Глаза зачем-то открываются, но яркого света нет. Вокруг царит полумрак. Но море всё-таки рядом. Оно плещется в тёмно-серых глазах, которые так пронзительно смотрят мне прямо в душу. Но… Я всё помню, к сожалению. Поэтому…

— Уходи… — в горло, словно, кто-то насыпал битого стекла, — Уходи… — в голове стоит звон и я ничего кроме него не слышу, — Уходи… — голова словно вот-вот расколется на мелкие кусочки.

Но он не уходит. Продолжает сверлить меня своим невероятным взглядом. Тогда я собрала все свои силы, чтобы сказать громче и твёрже.

На мой голос пришла женщина в белом халате. И только тогда Рома ушёл, и я смогла снова расслабиться и провалиться в очередной сон.

Когда я проснулась, было светло. Глаза снова пронзила режущая боль, но на этот раз не такая сильная. Зато тошнота оказалась нестерпимой. Меня вырвало. Слава богу, практически сразу в палату вошла медсестра и убрала всё. Мне было стыдно, но я никак не могла это предотвратить.

— Простите, — с тудом выдавила я из себя.

— У Вас сотрясение мозга, поэтому неудивительно, чтоэто произошло, — она протянула мне стакан с водой. — Сейчас я сделаю Вам пару укольчиков и через полчасика зайдет следователь. У него есть к Вам несколько вопросов.

— Хорошо. Только… — я замялась. — Только не пускайте Романа ко мне, — рука со стаканом затряслась и женщина тут же схватила его.

— Так, ясно. Значит ночного гостя не пускаем в Вашу палату, — загадочно улыбнулась она.