Книга Измена. Его ошибка, страница 36 – Дина Павлова

Срываюсь с места и твердым шагом иду к Инге. Главное по пути уверенность не растерять. И когда я захожу в кабинет, тут же закрываю дверь, это на случай успеха наших переговоров.

— Нам надо поговорить о наших отношениях. — говорю немного не своим голосом, ловя насебе удивленный взгляд. Возникает пауза. Инга хмурится, после чего кивает:

— По поводу алиментов что ли?

Снова пауза. Инга невыносима.

— Нет, я думаю, мы могли бы сохранить близкие отношения, не скатываясь в дикость. Мы же близкие друг другу люди, — подхожу ближе. Инга откашливается, смотрит перед собой, лицо покрывается красными пятнами.

— Тронешь меня, я тебе череп раскрою.

— Инга!

— Что ты хочешь? Внятно скажи, что ты хочешь? — поднимает на меня глаза, а я остаюсь стоять, боясь сдвинуться с места.

— Мне надо чтобы ты не проводила аудит. Чтобы мы просто расстались, понимаешь?

— Нет, аудит будет. — пожимает плечами, — Я не хочу быть обманутой.

— Мы тебя не обманем, — беру Ингу за запястье, намереваясь поцеловать ее ладонь… Но она тут же выдирает ее обратно.

— Хватит! Я сказала — аудит, значит аудит. И это не обсуждается!

— Сколько ты хочешь за свою долю?

Что меня всегда спасало? Интуиция. Я каким-то шестым чувством всегда определяла, когда следует остановиться, когда попытаться найти компромисс, когда — затаиться, сделать вид, что согласна на все условия. И да, этот самый момент.

Я слишком хорошо знаю своего мужа, и вижу по его лицу что он не готов уступить мне. Также я прекрасно понимаю, что это не только его решение. Точнее — маменькин сынок Кирилл нашел себе очередную мамочку, которая теперь крутит им, как цыган глобусом, потому что он не понимает и половины, что тут происходит.

Но если положить руку на сердце, Люда права. Права в том, что даже самый поверхностный аудит вскроет такое, что сидеть этим голубкам до второго пришествия. А я не знаю как мне правильно поступить. Я в замешательстве. И в замешательстве прежде всего потому что я чувствую опасность от Люды. И мне надо и свою линию провести, и уберечься от возможного покушения. А с подружки станется, еще наймет кого-нибудь меня убить или покалечить.

Сжимаю в зубах кончик черной перьевой ручки.

— Ты сейчас хочешь цену, так?

— Да, если мы договоримся о цене, то… — начинает бывший муженек, но осекается, а я хмурюсь.

— То что? Говори уж.

— То ты можешь не переживать ни о чем. Ты же знаешь какая Люда, она не позволит чтобы ей и Маше навредили, — глаза Кирилла бегают, — Она по головам пойдет.

— То есть ты сейчас хочешь сказать, что она мне может физически навредить?

— Да я понятия не имею, Инга! Это, блин, твоя подруга! И, знаешь что? — Кирилл взрывается, его лицо аж перекашивает от злости и раздражения, — Это ты ее привела в фирму, это ты с ней дружила двадцать лет, ты с ней ела из одной тарелки и едва ли не спала в одной постели. Это твоя подруга, и ты ее знаешь! А я ее не знаю. Но раз ты ее знаешь, так спроси у себя, на что она способна?

Воцаряется молчание. Я перевожу взгляд на часы на компьютере. Пятнадцать часов. Через час приедет аудитор. Блин! И хочется, и колется. Если я настою на своем, то эти двое меня придушат. И плевать что их раскроют через час. Мне это никак не поможет. Но это не отменяет моего желания их посадить. И разорить. Точнее одновременно. Не суть. В общем надо и рыбку съесть, и и аквариум выпить. Как?