Книга Измена. В ловушке, страница 46 – Дина Павлова

Мы идем, не спеша, а Коля рассказывает как жил тут в детстве, вместе с родителями, как ходил в школу. Он был поздним и единственным ребенком. Отец вскоре умер от инсульта, а мать — от сердечной болезни пять лет назад. Чтобы как-то заполнить пустоту одиночества, он стал жить с женщиной, как говорит, очень милой и красивой. Но увы, она полюбила другого.

— А вот и озеро, — мы подходим к небольшому водоему. Территория вокруг ухожена, есть трамплин, откуда можно прыгать, а чуть в стороне — лавочка, куда мы и направляемся.

— Ты тут купаешься?

— Да. Но в детстве мне отец запрещал. Говорили, что в озере водятся огромные сомы, которые могут утащить на дно даже взрослого человека, — лицо Коли становится суровым, даже страшным.

— Это как? За ногу? — мы садимся на лавочку, и я, поставив кофе рядом с собой, разворачиваю пирожок. Однако тема разговора к ужину не располагает.

— Конечно. Они топят человека.

— Зачем?

— Для того чтобы съесть.

— Так, пошли, отсюда, — поднимаюсь, но Коля начинает смеяться. И, вскочив с лавочки, берет меня за руку, останавливая:

— Извини. Я больше не буду про сомов.

Я успокаиваюсь, хотя это озеро мне теперь нравится гораздо меньше. Стараниями Коли тема довольнобыстро уходит от утопленников к более приятным. Мы обсуждаем еду, работу, спорт. Потихоньку темнеет, появляются комары. Последние лучи солнца окрашивают дома оранжевым. Вечер проходит быстрее чем хотелось бы. И очевидно что пора домой. Как Коле об этом корректно сказать? Однако он кажется все и сам понимает.

— Я тебя провожу. Но только нам нужно обсудить одну вещь, очень важную.

— Какую? — настораживаюсь.

— Я подумал по поводу твоего развода, то что тебе жить негде… — отводит глаза в сторону, ерзает. Видимо чувствует себя не в своей тарелке. Вопрос-то очень личный, — Твой муж очень несправедливо поступил с тобой и детьми.

— Да, — киваю, — Но выхода нет пока что.

— Есть выход. И я тебе его сейчас расскажу. Только ты не волнуйся, ладно?

Выходные проходят кое-как. Зря я связалась с Максимом. И семью образцово-показательную развалила, и Вику счастливее сделала. Если она не совсем клиническая идиотка, то уж точно сейчас отплясывает канкан что избавилась от этого козла. А если все-таки имбицилка, то отплясывать начнет через месяц-другой. Будет благодарить меня, тяжело дыша в трубку, и слать в «ватсап» поздравительные открытки ко всем праздникам. Такие, с блестящими розочками и хорошенькими котятками. В лучших традициях «Одноклассников».

А я только сейчас осознаю куда вляпалась.

Во-первых, Максим меня задолбал своими требованиями приготовить суп, тефтели, салат и компот. А сверху испечь блинчики с творогом и изюмом. То есть я должна по его мнению приходить с работы, где я ему еще и начальница, и работать поваром.

Он явный идиот, и это не лечится.

Во-вторых, это чмо не в состоянии донести носки до стиральной машинки. А уж чтобы их постирать, и речи не идет! А чтобы самому развесить белье, да еще его погладить… Не то чтобы я никогда этого не делала. Для себя — да. Для Димы — частично. Он хоть и алкоголик, но к быту приучен. Когда не уходит в очередной заплыв конечно. А Максим. Я не понимаю почему любовница должна ему жопу вытирать. Да и по правде я не считаю что мужик — это бытовой инвалид. Но это я. А Вика похоже приучила болезного чтобы лишний раз задницу не поднял.