Книга Измена. В ловушке, страница 36 – Дина Павлова

Однако договорить он не успевает. Сопливая Валя поднимается с пола, поправляет задранную юбчонку, стирает ладонью потекшую штукатурку и начинает орать, правда уже на Диму:

— Что значит понятия не имеешь? — девица глубоко возмущена произошедшим и даже не думает это скрывать, — А когда мы трахались, имел понятие?!

— Не ори, — морщусь. Для меня не секрет, что они тут не Библию читали. Дима тот еще… И самое главное, если цепляет девок, то прям молодых. Иногда приходится в паспорта заглядывать,да к мамке отправлять. Но слушать очередную идиотку настроения нет:

— Слышь ты, кукла, вали отсюда. Видишь, не успели с тобой познакомиться.

Я уже и не ревную особо. Нет, ревную конечно, но это не сравнить с тем что было по молодости. А сейчас, это так, фигня!

— Помолчи, мамаша, не видишь я со своим парнем разбираюсь?

— Какой я тебе парень? — начинает орать Дима, а я снова хватаю эту тупую дрянь за волосы, правда в этот раз сучка, наученная горьким опытом, умудряется вывернуться. И более того, бьет меня в подбородок. И бьет больно!

Терпеть такой поворот оказывается выше моих сил, поэтому стерва получает кулаком в зубы, после чего я снова хватаю ее за волосы и тащу уже к выходу.

Мой принц так и остается сидеть в углу кухни, делая вид, что не втыкает в ситуацию. И когда я уже вышвыриваю Валю за дверь, появляется испуганный курьер с едой. Лучше поздно чем никогда.

Остаток вечера я заедаю стресс роллами, раздумывая о том, что даже в такой ситуации, когда любимый человек постоянно косячит, с ним находиться куда приятнее чем с Максимом. Потому что Дима очень талантливый. И когда он наконец приходит в себя, то, подсев ближе, начинает рассказывать что он только и делал что сочинял песни в мое отсутствие и что обязательно споет их мне, только ему надо в себя прийти.

Врет конечно. Но глядя как он на меня влюбленно смотрит, мне становится очень хорошо, приятно и спокойно.

— Я все свои песни тебе посвящаю, ты же знаешь? — улыбается. А пары зубов уже не хватает. Надо будет его к стоматологу отвести. Но это уже когда точно из запоя выйдет. Да и новую одежду ему надо.

— Конечно. А теперь в ванную, а то от тебя запах.

Поразительно, но идет, без пинков и скандалов. Видимо еще не отказался от желания стать известным певцом… Но самое парадоксальное, хотя я и готова ему обеспечить и студию звукозаписи, и пиар, да все! Я иду на преступление ради этого! Даже трахаюсь с дегенератом Максимом! Но на самом деле я не хочу чтобы Дима стал известным. Как только он вылезет наверх, то я ему уже не буду нужна. Его облепят вот такие Вали в коротких юбчонках, а я уже ничего не смогу с этим сделать.

Он меня будет воспринимать как старуху. Да, несмотря на свою уверенность в себе, я понимаю, что любая смазливая пэтэушница даст мне фору и по фигуре, и по молодомуличику. И по таланту сидеть и слушать, открыв рот. Им все в новинку! Потому что в двадцать большинство кроме мамкиной юбки видели дай бог учебник по литературе, бутылку пива и гопников в подъезде. А когда перед тобой бренчат на гитаре, поют…

Мои мысли уходят куда-то вдаль. Какую цель я преследую? Чтобы Дима всегда моим был. А от Максима я избавлюсь конечно. Хотя он липкий как банный лист. Но ничего, я его отошью, вернется к своей Вике как побитая собака. А я к тому моменту уже и место работы поменяю, а может и докторской своей займусь. В нашей семье таких умных женщин как я еще не было, и скорее всего, точно не будет.