Книга Дети от предателя. Он не узнает, страница 45 – София Брайт

– Тогда лучше поехать в торговый центр. Будешь общаться с ними в игровой комнате, – решаю экстренно.

Пусть и не прогулка, но тоже неплохой вариант провести дождливый день.

– Это даже лучше, – наивно произносит Любимов, не представляя, на что подписывается.

В торговом центре, несмотря на прорвавшиеся небеса, очень много народа. Как и в игровой. Не успеваем зайти внутрь, как девочки бегут врассыпную. Маша летит к бассейну с шариками, а Даша залезает в машинку и требует, чтобы ее катали.

– Ну, отец, – усмехаюсь я. – Катай свою принцессу.

Глеб идет заниматься извозом, а я – получать удары шаров из бассейна.

Следующий час проходит в таком режиме, что невозможно даже на секунду расслабиться.

Вижу, как Любимов сидит на диванчике и лазит в телефоне.

Беру Машу за руку и направляюсь к нему.

– Не поняла, а где Даша? – смотрю на него, чувствуя, как сердце заходится от страха.

Оглядываюсь по сторонам, но не вижу ребенка, и кровь отливает от лица.

– Даша? – поднимает он на меня уставший взгляд. – Нашла себе жертву и кормит ее песком.

Заглядываю в закуток, где расположен стол с кинетическим песком, и вижу, как моя дочь под присмотром какой-то бабули пытается накормить пасочками чужого мальчика.

– Даша! Ты что творишь?

– Да ничего страшного, – машет рукой женщина. – Она же понарошку.

– Вы посмотрите на рот вашего ребенка, – указываю на синий рот мальчика.

– Ох, Ярик! – вскакивает она с места, всплеснув руками. – Нельзя же! Выплюнь! – ругается она и заставляет мальчика сплюнуть.

– Так, а мы, кажется, наигрались, – беру вторую дочь и вывожу девочек из игровой.

– Что такое? – смотрит Любимов, как мы обуваемся.

– А то, Глеб, что за детьми надо смотреть. Вот наглотался бы этот пацан песка и стало бы ему плохо, или Даша кинула бы ему горсть песка в глаза, а мне потом отвечать перед этой женщиной и опекой, почему у меня дети без присмотра.

– Она сказала, что проследит за ними, – говорит он растерянно.

– Глеб, ты нормальный? Ребенку нет и двух лет, а ты оставляешь его на попечение посторонних людей.

Достаю из сумки салфетки и вытираю руки дочки.

– Все.Поехали домой, – говорю строго, обозначая, что на сегодня наше общение закончилось.

– Прости, Лин. Я не со зла, – угрюмо произносит он, когда мы спускаемся в лифте. – Обещаю, такого больше не повторится.

– Лучше не обещай того, чего выполнить не в состоянии.

Как бы я ни сопротивлялась, Любимов все больше стал заполнять нашу с девочками жизнь. Он начал приезжать по утрам и отвозить со мной детей в садик, а вечером забирать их.

И каждый раз Глеб приезжает с подарками, приучая к себе малышек, покупая их расположение.

Личные вопросы мы с ним больше не обсуждаем. Все наше общение сводится исключительно к детям.

Хотя Любимов изо всех сил и пытается доказать, что исправился и старается он не только для девочек, но и для меня, пока у него не получается смягчить меня.

Даже Ванин звонок с восторженными отзывами о новом рабочем месте, где ему предложили более высокую должность, чем в фирме у Глеба, не делает Любимова в моих глазах героем.

Скорее, все это выглядит как попытка откупиться.

Но самое удивительное – это то, что он теперь постоянно рядом. Снова заполонил собой все мое пространство, и я не понимаю, почему позволяю ему вообще присутствовать рядом.