Книга Семь "Я" Семеновых, страница 38 – Жанна Софт

— Спасибо, Ольга Петровна. У вас красивый дом, — сказала Вика, поднимаясь по ступеням.

— Спасибо, Вика. Отдыхайте.

Когда шаги на лестнице стихли, Ольга, крадучись, словно вор, спустилась в гостиную, стыдливо собрала все вещи, и скрылась в своей спальне, где мирно посапывал Иван.

Часть 6. Художник.

21.

Кирилл проводил взглядом Наташин автомобиль, который осторожно свернул в студенческий городок, где ее ждали с чемоданами Ксюша и Вика, и облегченно вздохнул.

Девушки быстро погрузили чемоданы в багажник, Наталья села за руль, Вика на заднее сидение.

Ксюша подошла к левой двери «Митсубиси» сестры, и на секунду оглянулась. Кирилл почувствовал ее взгляд, хотел что-то сказать, сделать, позвать,…но она села в автомобиль, и тот, шелестя шинами по асфальту, скрылся из виду, пару раз посигналив ему напоследок.

Кирилл вернулся в свою студию, и замер у занавешенного портрета Ксении. Его рука коснулась простыни, и та безвольно упала к его ногам. На мужчину обратилась пара черных, как ночь глаз. Прекрасных и таинственных.

Наумов улыбнулся. Горько и болезненно.

Ночью он не спал. Он вспоминал сестру своей невесты, и от этой мысли мурашки скользили по его коже. Тогда Кирилл осторожно поднялся, натянул спортивное трико, и двинулся к не законченному портрету Семеновой-младшей.

Он скинул с портрета грязную простыню.

Девушка по-прежнему был там, в белой тунике, и с таинственным взглядом. В свете ночи Ксюша казалась ведьмой, а не феей.

Наумов непроизвольно потянулся за красками, желая только одного, сохранить черты ее лица на этом холсте до рассвета.

Когда солнце скользнуло в его студию, сквозь высокие окна, Наталья проснулась. Она сладко потянулась, и позвала Кирилла. Он не ответил. Когда женщина вышла из спальни и увидела Наумова спящим на диване у оконченного портрета сестры, ей стало не по себе.

Семенова подошла к картине, и внимательно изучила нежные черты лица, волосы… Наташа могла угадать в этой работе характер своей сестры, было видно, что рисовал человек довольно хорошо понимающий ее. Глаза Ксении действительно светились чем-то.

— Ты уже проснулась?

Кирилл устремил заспанный взгляд в стройнуюспину своей невесты, окутанной простыней, и выругался про себя. Ей не следовало знать, что он все же закончил картину.

Наташа оглянулась, улыбаясь.

— У тебя действительно здорово получилось! — неожиданно сказала она, — Ты можешь мне ее подарить?

Кирилл замер. Подарить? Он прежде не думал об этом. Возможно, это все, что осталось у него от Ксении.

— Зачем она тебе? — спросил он, когда вернулся голос.

— Ты не забыл, она моя сестра.

— Ну…

Наташа засмеялась и села ему на колени.

— Боже мой, ты не хочешь ее отдавать? Милый, я начинаю ревновать. Сначала ты выбираешь из толпы смазливых студенток мою сестру, потом всю ночь втихую рисуешь ее по памяти, а теперь, вот, отказываешься подарить ее портрет!

Кирилл засмеялся вместе с ней.

— Ну что ты молчишь? — не унималась Наташа.

— Я обещал, что все семь фей будут на моей выставке. Покупатели хотят их видеть вместе. Именно поэтому, я рисовал ее, как ты выразилась «втихую». Если ты не забыла, выставка именно завтра.

Видимо, Наталью удовлетворил подобный ответ. Она слезла с колен Кирилла, подарив ему быстрый, легкий поцелуй, и двинулась в душевую.

Наумов осторожно завесил портрет.