Книга Семь "Я" Семеновых, страница 11 – Жанна Софт

Когда она затихла, Семенов достал сигарету, и закурил. Женщина лежала на нем, по-прежнему сжимая ногами его бедра, ее волосы распластались по его груди, он слышал стук ее сердца, прижимая стройную спину свободной рукой.

Иван не мог поверить, что все еще способен на подобные выходки. Раньше, лет в двадцать это казалось забавным, но возможным. Но теперь… ему казалось, что перед ним разверзлась нирвана.

— Как тебя зовут? — спросил он, когда женщина принялась целовать его торс, медленно спускаясь, все ниже, по дорожке из волос на его груди.

Она оторвалась от него, состроив несчастный взгляд. К тому моменту и сам Семенов был не рад, что решил поговорить.

— Сейчас это важно? — спросила она, облизывая губы.

Иван склонил ее голову поближе к своему мужскому естеству, и окунулся в наслаждение. Нет, сейчас ничто не важно…

Часть 2. Портрет.

9.

Ксюша задумчиво смотрела на полотно. Что-то ненужное проскальзывало в этой картине. Что-то, чеготам быть не должно.

В комнату, в своей обычной манере ворвалась Вика.

— Семенова! Ты сидишь тут, ничего не знаешь! А весь институт просто гудит, как пчелиное улье! Кирилл Семенович выставку устраивает, — Вика упала в кресло, — он выбрал несколько лучших картин среди нашего курса, и собирается выставить их в своей галерее!

Ксюша отложила кисточку и взяла чумазую тряпку, чтобы оттереть испачканные краской пальцы.

— И что? — спросила она, задумчиво, не вникая в слова подруги.

— А то… кстати, все время хочу спросить, но забываю. Зачем ты взяла эту дурацкую фамилию — Тульская? Чем плоха твоя, настоящая?

— Вик, мы уже три года учимся вместе, а ты только удосужилась спросить.

Девушка пожала смуглыми плечами, и небрежно откинув с них волосы, повела бровью.

— Вот поэтому я и жду твоего ответа.

— Эта «дурацкая фамилия» — девичья фамилия моей мамы. Мне, как молодому художнику, ни к чему такая громкая фамилия. Мамины книги переведены на 25 языков, отца знает весь город, а то и страна, а брата с сестрой — вообще весь мир. Зачем такая шумиха вокруг имени? Для меня важно творчество, а не амбиции. Я хочу, чтобы ценили мои картины, а не подпись на них.

— Ты меня не убедила, — кинула Вика, изучая ухоженные ногти, — если бы я была Семеновой, я бы писала свою фамилию ВМЕСТО картин. И зарабатывала на этом миллионы. Поверь, то, что у тебя есть, это огромный плюс!

— По твоему мне нужна протекция? Сама я ни на что не способна?

— Отчего же? Наумов отобрал твою картину на выставку.

Ксюша замерла в счастливом оцепенении.

— Нет! Этого не может быть!

— Может, — Вика грациозно поднялась.

И куда делся весь ее задор и запал? Эта девушка меняла маски почище профессиональной актрисы.

Виктория заглянула в лицо Ксюши, и многозначительно произнесла:

— Должно быть семейство Семеновых отмечено богом, — и помолчав, добавила, — или дьяволом. Уж не знаю! Но вам всем чертовски везет!

— Этого просто не может быть, — прошептала Ксюша.

— Почему? Твой «Морской бриз» очень хорош. Просто Кирилл Семенович оценил его по достоинству…

Ксения криво усмехнулась, уличив в словах подруги подвох.

— Эй?! На что это ты намекаешь?

— Не знаю, — с наигранной серьезностью, начала Виктория, —чьи достоинства больше приглянулись Наумову, твои или твоей картины, но очень скоро ты, подруга, станешь знаменитой!

Ксюша нахмурилась, едва сдерживая улыбку.