Книга Рай, которого не ждала, страница 73 – Лана Норд

— А ты и так уже помог, — меня несло, и я ничего не могла с собой поделать, — это из-за твоей сумасшедшей бабы я сейчас лежу здесь без движения. И зачем вы только оба оказались на моём пути. Сейчас жила бы себе жива и здорова.

Мне всё-таки удалось заставить себя замолчать, хотя я и так наговорила много лишнего. Но извиняться за свои жестокие слова не собиралась. Мне было плохо, и я эгоистично хотела доставить боль окружающим. Я выжидательно уставилась на него: ну давай, разозлись, закричи, уйди, хлопнув дверью.

Но Матвей пару раз глубоко вздохнул и сказал тихим, спокойным голосом:

— Ты сама знаешь, что это неправда. Я понимаю, что ты чувствуешь, и не обижаюсь на тебя. Поверь, я правда хочу помочь и быть с тобой рядом. А сейчас мы пойдём. Отдохни немного. До завтра.

Он хотел прикоснуться к моим губам поцелуем, но я отвернула голову в сторону. Матвей не стал настаивать. Через секунду я осталась в палате в полном одиночестве.

Но на этом посещения не закончились. Через пару часов ко мне зашёл следователь. Он подробно расспросил меня о подробностях произошедшего. Я не стала ничего утаивать и рассказала всё как было. Следователь пообещал вызвать меня на допрос, сказал, что будет держать меня в курсе дела, попрощался и вышел.

Через пару дней меня действительно отпустили домой. За мной приехал Матвей и на коляске довёз меня до автомобиля. Возле дома, он поднял меня на руки и таким способом отнёс в квартиру. Мне было стыдно за свою беспомощность.

Дома меня встречала Маришка, а в комнате ожидал сюрприз, приехала моя тётушка. Оказалось, что Матвей сообщил ей о происшествии и сам лично привёз к нам, чтобы она поддержала меня. Матвей посадил меня на диван и вышел, а мы с тётей крепко обнялись и обе расплакались от нахлынувших чувств.

— Почему ты мне не позвонила и не сообщила сама? Почему я узнаю о таком от Матвея? — Лена обиженно поджала губы, — Милая моя, я думала, ты мне доверяешь!

— Прости меня, — ответила я, — на тот момент, когда я узнала о своём недуге, мне не то что звонить, жить не хотелось.

Тётушка строго посмотрела на меня:

— Ты чего совсем расклеилась? Нельзя так себя запускать. Согласна, та ситуация, что случилась с тобой, крайне болезненная, но надо учиться жить дальше, хотя бы ради ребёнка, ради Матвея...

Я прервала её взмахомруки:

— Ой, не надо сказок, — с горечью сказала я, — ты сама в это веришь? Молодой, здоровый мужик и женщина-калека, да ещё и старше него. Как поётся в известной песне "они, если честно, не пара".

— Мне кажется, ты недооцениваешь Матвея, — не сдавалась тётя, — он любит тебя и дочку. Мне кажется, что этот человек не бросит тебя в трудную минуту.

— Посмотрим, кто из нас в итоге окажется прав, — недоверчиво хмыкнула я.

И полетели мои однообразные дни. Матвей возил меня на процедуры, таскал по дому на руках, купал, кормил, а я чувствовала себя никчёмным существом, не способным ни на что. С работы мне пришлось уволиться, и теперь материально я полностью зависела от Матвея. А он трудился на износ.

Утром кормил нас с дочкой и убегал на работу, приезжал в обед, снова кормил и снова уходил. Вечером возвращался с пакетами наперевес, готовил ужин, купал нас, укладывал спать. Ещё и в больницу успевал меня отвезти.

Я не знала, спит ли он вообще по ночам, но была уверена, что его надолго не хватит. Но он не сдавался. Взял в аренду инвалидное кресло, сказав, что когда я начну ходить, мы сдадим его обратно, и вывозил меня на прогулки.