Книга 210 дней назад, страница 17 – Ольга Дашкова

— Только это меня и спасает, — ответила она тихо. — Ты мой мальчик. Мой единственный.

Мы попрощались, и я положил телефон на стол, чувствуя, как тяжесть на плечах становится невыносимой. Я не говорил ей, как сильно виню себя. За то, что не успел попрощаться с Костей.

За то, что в тот вечер, когда он погиб, я был в кафе, пил, смеялся, флиртовал с какой-то девушкой, чье лицо уже стерлось из памяти. Я не знал, что в это время мой брат борется за жизнь на обочине заснеженной трассы. Эта вина разъедает меня, как ржавчина.

Встал, подошел к окну кабинета, глядя на город, погружающийся в вечерние сумерки. Мысли снова вернулись к Надежде. Ее лицо, реакция в супермаркете, дрожащий голос во время УЗИ.

Почему она так смотрит на меня? Почему в ее глазах столько боли, столько обвинения? И почему я сам не могу выкинуть ее из головы? Это не просто влечение. Это что-то большее, как будто она — ключ к тому, что я потерял.

Вспомнил, как поцеловал ее в кабинете УЗИ. Это было импульсивно, глупо, непрофессионально. Но в тот момент, когда наши губы встретились, я почувствовал, как что-то во мне ожило.

Как будто я спал, а она разбудила меня. Ее вкус, тепло, дрожь — все это было как вспышка, осветившая темные уголки моей души. А потом бегство, слезы, взгляд, полный смятения, — все это только усилило мою растерянность.

Я знаю ее адрес. Знаю ее телефон. Выучил их наизусть, хотя и стыжусь этого. Это ненормально, я понимаю. Но я больше не могу игнорировать это.

Мне нужно поговорить с ней. Узнать, почему она так на меня реагирует. Узнать, почему я не могу перестать думать о ней. И, может быть, понять, что связывает меня с этим ребенком, которого я видел на экране.

Но на каком-то интуитивном, подсознательном уровне я чувствую связь, как раньше было с братом. Если он набивал шишки то и мне было больно.

Прием закончился. Последняя пациентка ушла, Наташа попрощалась, бросив еще один многозначительный взгляд, который я проигнорировал. Собрал вещи, закрыл кабинет и вышел к машине.

Вечер был душный, асфальт все еще отдает жаром. Селза руль, но вместо того чтобы поехать домой, ввел в навигатор адрес Надежды. Это безумие, я знаю. Но я больше не могу ждать.

Дорога до ее дома заняла пять минут. Я припарковался напротив подъезда, сердце колотится.

Что я скажу?

«Надежда, я не знаю, почему ты так смотришь на меня, но я схожу с ума»? Или «Почему твой ребенок кажется мне родным»? Это звучит как бред. Но я должен попробовать.

Вышел из машины, подошел к подъезду. Пальцы замерли над кнопкой домофона. Я не знаю, что скажу, если она ответит. Не знаю, откроет ли она дверь. Но я понимаю одно: я не могу больше бежать от этого. От нее. От того, что она во мне разбудила.

Я нажал на кнопку. Долгие секунды тишины. А потом ее голос, тихий, дрожащий, как будто она ждала этого звонка и боялась его одновременно:

— Кто там?

— Надежда, это… Роман. Роман Лебедев. Нам нужно поговорить.

Тишина. Такая долгая, что я подумал, она просто отключит домофон. Но потом раздался щелчок, и дверь подъезда открылась.

Вошел, чувствуя, как сердце бьется в горле. Каждый шаг по лестнице — как шаг в неизвестность. Я не знаю, что найду за этой дверью. Не знаю, что она скажет. Но я знаю одно: эта встреча изменит все.

И, может быть, раскроет тайну, которая связывает меня с этой девушкой, о которой я не перестаю думать.