Онлайн книга «Ковчег-Питер»
|
Глупо, но я, наверное, немного испугался. Или растерялся. Все эти дни думал об их генеральном, представлял себе, что он, может быть, ищет меня, хочет избить или разорить. И вдруг вот он – стоит себе на противоположной стороне улицы, подходи да спрашивай: а вы меня случайно не искали, Виктор как-там-вас по богатому батюшке? Так вот он я, стою перед вами, никуда не прячусь. Давайте поговорим про вашу невесту и про потерянные документы. Только вы и я, и не надо втягивать в эту историю ни вашего сотрудника Сергея Минченко, ни уж тем более нашу школьную учительницу. Уж она-то тут совсем ни при чем. А к банковским дверям уже подкатывает крутая тачка, стоимостью с десяток садовых участочков моей Лидь Палны. И Витюша сейчас должен сесть в нее и уехать. И тогда я резко, чтобы не передумать, рванул на другую сторону улицы. Витюшин амбал моментально принял меня и положил мордой в асфальт. Он действовал как натасканная собака, которая если видит, что человек делает быстрое движение в сторону хозяина, то сразу хватает. Это произошло так неожиданно, что мне потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, почему у меня перед глазами вдруг появился асфальт и почему не получается пошевелить руками. Но потом, почти сразу,я все-таки вывернул голову вбок, чтобы видеть хоть что-то, и закричал: – Эй вы! Виктор как там вас по отчеству! Парщиков! Это я, Антон Скворцов! Амбал сильнее прижал меня к асфальту, и какое-то время вокруг было тихо. Потом я из этого скрученного положения увидел, что ко мне подошли дорогие замшевые ботинки, такие чистые, как стоят только на витринах в обувных магазинах. Кто-то наверху этих ботинок спросил: – Это откуда? – Подскочил сзади, Виктор Николаич, – сказал надо мной амбал так спокойно, как будто говорил о пролетевшей мимо бабочке, которую он прикрыл сачком. У него даже дыхание не сбилось, а я пыхтел, как раненый бегемот, во всяком случае, не тише. И пополам с этим пыхтением я снова крикнул: – Это я, Антон Скворцов. – Антон Скворцов, – также спокойно повторил амбал, и я подумал, что он, наверное, пожал плечами. А может, наоборот, многозначительно поднял брови. Типа: тот самый Скворцов. И сейчас Витюша сделает ему глазами знак, амбал накинет мне на голову темный мешок и потащит на задний двор банка. Заставит встать на колени, приставит ко лбу пистолет и скажет: «Любого, кто лапает невесту моего начальника, ждет неминуемая смерть!» И спустит курок. Голова мотнется назад, и я стану медленно заваливаться набок. И когда я наконец упаду, он пнет мое бездыханное тело, и оно скатится в канаву, к другим несчастным, попавшимся на удочку этой Витюшиной русалки. Я зажмурился, а Витюша спросил: – Что там у него? Хватка амбала ослабла, он быстро и очень умело прохлопал меня по бокам и по спине, сказал: – Чисто. И тогда Витюша сказал просто: – Ну ладно, отпусти его. Люди уже смотрят. Нехорошо. Хватка совсем ослабла, и та же сильная лапа помогла мне подняться на ноги. Теперь я стоял прямо перед Парщиковым, который был меня выше чуть не на голову. – Антон Скворцов, – повторил Витюша, глядя не то чтобы на меня, а скорее так, просто в мою сторону. – Вы являетесь клиентом нашего банка? У вас какие-то претензии к этому отделению? – Нет, – сказал я, переводя дыхание и отряхиваясь. – Я здесь из-за Лидь Палны. То есть из-за Лидии Павловны Скороходовой. |