Онлайн книга «Ковчег-Питер»
|
– Вольно! – перебил тот. – Все нормально? – Так точно. – Угу… – он бросил взгляд в сторону боцмана. – Ну, пойдем корпус осмотрим. «От лишних ушей уводит, – подумал Стеклов. – Похоже, началось…» Они прошли к носовой оконечности лодки, и командир, привычно и аккуратно переступив до зеркального блеска отполированный комингс спасательного люка, сказал: – Меня сейчас командир дивизии подвозил. Тебя в штаб вызывает. Хочет с «героем» лично познакомиться. Так что после подъема флага сдай дежурство Астафьеву и шагай в штаб. Да, заварил ты кашу, парень… Еще четыре дня назад экипаж находился в море на отработке задач боевой подготовки. Старшим в походе был начальник штаба эскадры, контр-адмирал Сомов, человек с властным характером и непредсказуемым поведением – смесь гремучая. Он был невысок, коренаст, имел рыжеватые волосы, всегда торчавшие ежиком. Адмирал немного картавил, и, когда он переходилна крик, – а бывало это довольно часто, – речь его звучала забавно. Отношение подводников к нему было соответствующее: как к психически нездоровому человеку, от которого в любой момент можно было ожидать чего угодно. Среди старших офицеров и командования, конечно, из солидарности к чести мундира, вида никто не подавал, мол, начальников не выбирают; но, когда у Сомова в очередной раз случался приступ ярости, и у них на лицах читалось выражение смиренное, понимающе-сочувственное. Поэтому все старательно избегали прямых встреч с контр-адмиралом, исключая вероятность попасть в зону его внимания. Перед возвращением в базу экипажу предстояло отработать завершающий элемент – отрыв от слежения корабельной поисково-ударной группы. И в самый неподходящий момент, как это всегда бывает, без малого за три часа до начала выполнения боевого упражнения, вышел из строя навигационный комплекс. Нельзя сказать, что для Стеклова это стало большой неожиданностью: корабль был уже «заслуженный», матчасть частенько шалила. Еще на этапе подготовки к выходу в море навигационный комплекс давал о себе знать не с лучшей стороны. Учитывая возможные неисправности, личный состав в море работал с ним в максимально щадящем режиме. Но никак нельзя предугадать всего. Сначала возникшую неисправность постарались устранить, не докладывая о ней начальству. – Нет, Сергей Витальевич, в базе надо разбираться, по полной, с заводскими специалистами, – сказал Стеклову старший мичман Востриков, один из самых опытных его техников, когда тот спустился в гиропост, сдав вахту. Сергей сам погрузился в чтение разложенной повсюду документации и развернутых схем. На все его вопросы Востриков отвечал короткими неободряющими репликами: «Пробовали…», «Делал…», «Проверял…». Вскоре Стеклову стало ясно, что как бы ему не хотелось, а доложить о неисправности придется. Командирскую вахту в центральном посту нес старший помощник. Командиру корабля Сомов разрешил немного отдохнуть, подменив его перед выполнением упражнения, которое было запланировано на ночное время, и он убыл к себе в салон. Сам же адмирал сидел в центральном посту в командирском кресле, с закрытыми глазами, сложив руки на груди – обстановка позволяла уйти в транс. Мерно гудела работающая аппаратура и механизмы, время от времени из динамиковвнутренней связи звучали короткие команды или чьи-то доклады – шел обычный рабочий процесс. |