Книга Стамбул. Подслушанное убийство, страница 55 – Анна Орехова

Пока Джамбар переводил, Мехмет внимательно наблюдал за свидетельницей. Как и ожидалось, Ловкина сначала нахмурилась, потом медленно кивнула. Хорошо, многие допрашиваемые на этом этапе напрягаются или того хуже — уходят в оборону. Причины могут быть разные: от недоверия к органам следствия до намерения что-то скрыть. Предупреждение об ответственности было обязательной частью допроса, всё что мог Мехмет, это произнести его максимально дружелюбно. Хотя, конечно, он лукавил, говоря, что оснований для сомнений нет. Искренность свидетельницы еще предстояло проверить.

— Как давно вы прилетели в Стамбул?

Ответ он знал, обратил внимание на дату в визовом штампе, но сейчас требовалось разговорить свидетельницу, поболтать на отвлеченные темы, чтобы снять напряжение.

— В ночь с воскресенья на понедельник, — перевел Джамбар.

— Рейс из Москвы?

— Нет, из Краснодара.

— А, Краснодар! Так выходит мы с вами соседи через море!

Джамбар тоже улыбался, переводя разговор, но, как ни крути, присутствие посредника мешало невербальному общению. Однако других вариантов нет, без переводчика языковой барьер не преодолеешь.

Ловкина объяснила, что Краснодар находится не на берегу Чёрного моря, но совсем близко, так что да, можно сказать, что они соседи. Ее ответы стали чуть длиннее, чуть более развернутыми, значит, Мехмет нащупал правильный путь.

— И как вам Стамбул? Уже успели что-нибудь посмотреть?

Свидетельница что-то ответила с улыбкой, а потом вдруг помрачнела и он уловил знакомое слово: «Босфор».

— Гуляла по площади Султанахмет во время лекции, — перевел Джамбар. — Вчера прошлась по Галатскому мосту. И каталась на корабле по Босфору.

Ну да, том самом злосчастном корабле, где произошло убийство.

— Лекция во время прогулки по площади Султанахмет? Звучит интересно. Но вы обязательно загляните в Айя-Софию и Голубую мечеть. И пообещайте, что прогуляетесь по Египетскому базару! Нельзя побывать в Стамбуле и не попробовать грецкие орехи в шоколаде, которые там продают.

Он широко улыбнулся и дождался, когда Джамбар переведет, а Ловкина улыбнется в ответ.

— Обещаю. Египетский базар, грецкие орехи в шоколаде — я запомнила.

— Вот и замечательно.

Мехмет подался вперед и облокотился на стол. Теперь надо аккуратно выяснить, насколько хорошо свидетельница знала жертву. Ему не нравилось, что она всё еще скована — руки сцеплены, улыбка натянута, но хоть плечи не напряжены, как в самом начале беседы и поза более расслабленная. Простое волнение или ей все-таки есть что скрывать?

— Значит, вы прилетели в ночь с воскресенья на понедельник. Раньше учеба проходила в заочном формате?

— Да, пять месяцев.

— Довольно долго. В течение этого времени вы общались с другими студентами и преподавателями?

— Нет, мы познакомились уже здесь. Только одного преподавателя, Игоря Варламова, я знаю давно, мы когда-то работали вместе.

В этом показания Варламова и Ловкиной совпадали.

— А что насчет Федерики Сантос?

— С ней я познакомилась в понедельник. Мы всего пару раз общались.

Ловкина снова убрала прядь волос за ухо. Волнуется. Вопрос — почему? Связано ли это с информацией, которой поделилась Кьяра Грассо?

— Расскажите, пожалуйста, о событиях вторника. Своими словами, всё, что вспомните.

Мехмет намеренно не вел протокол, лишь делал краткие заметки в блокноте, предпочитая заполнить бланки позже. Знал, что многих свидетелей нервирует, когда инспектор во время допроса елозит ручкой по бумаге. Не для того он так старательно создавал расслабленную обстановку.