Книга Стамбул. Подслушанное убийство, страница 44 – Анна Орехова

Она заняла столик у окна, официант тут же принес меню и произнес по-русски: «Добро пожаловать». Как он понял, что она из России? Что-то во внешности выдало славянские корни или среднестатистически русские туристы тут бывают чаще? Ника листала меню, тайком посматривая на других посетителей. Как распознать, из какой они страны? Методом исключения?

Мужчина и женщина за угловым столиком точно не из России. Во-первых, им уже далеко за шестьдесят, а российские пенсионеры редко могут себе позволить отдых за границей. Дело не только в деньгах, но и в готовности путешествовать: загранпаспорт сделай, английский хотя бы на базовом уровне освой, маршрут продумай. Куда легче выбраться на привычное Черное море. Во-вторых, оба в шортах, футболках, сандалиях, на полу стоят объемные рюкзаки. Ну не одеваются так пенсионеры в России! Появись такая парочка на улицах Краснодара, прохожие шеи свернут. А вот для Европы это в порядке вещей.

Чуть дальше сидела весьма колоритная семья, похоже, жители Объединенных Арабских Эмиратов. Мужчина весь в белом: длинная рубаха с рукавами, головной платок, перехваченный веревкой; женщина, наоборот, в черном: накидка до пола, закрывающая всё тело, открытыми оставались только глаза. А вот дети — мальчик и девочка — одеты вполне по-европейски.

Ника так увлеклась разглядыванием посетителей, что совсем забыла про меню, поэтому когда официант подошел во второй раз, заказала первое, на что наткнулся взгляд: донер с курицей, рисовый пудинг с фисташками и капучино. Возможно, многовато и с десертом стоило повременить, но уж очень аппетитно выглядели фотографии блюд, да и голод делал свое дело — мидии только раззадорили аппетит.

Минуту спустя зашумела кофемашина и запахло кофейными зернами. Ника улыбнулась, этот аромат всегда напоминал о Кирилле. Когда-то он владел сетью кофеен в Москве, а потому мог часами рассказывать о разных сортах, степенях обжарки и способах приготовления. На Новый год Кирилл прислал Нике капсульную кофемашину, и теперь каждое утро она думала о нем, вдыхая аромат эспрессо, и даже не сомневалась, что именно такого эффекта Кирилл и добивался.

В кармане завибрировал телефон. Ника решила было, что это Кирилл легок на помине, но нет, очередное сообщение в общем чате. Она проскролила ленту, не вчитываясь в текст, не хотелось погружаться в обсуждение убийства, но и нельзя было пропустить что-то важное. То и дело мелькало имя Федерики. Игорь написал, что несмотря на прискорбные события, завтрашняя лекция состоится, и попросил не опаздывать, так как планирует объединить теорию с практикой.

Ника вздохнула, видимо, речь шла о втором задании. Первое она с треском провалила, заняв шестое место. Если второе будет судить бывший начальник, можно даже не пытаться заработать баллы.

Ника открыла «реддит». Как ни странно, лайки к публикации прибывали. Дизлайков, естественно, тоже хватало. В комментариях ее по-прежнему хвалили за юмор и ругали за непрофессионализм. Из-за каждого «все маркетологи шарлатаны» Ника расстраивалась всё сильнее, но не могла остановиться, лента комментариев притягивала похлеще, чем ведерко с попкорном: вроде больше не лезет, но рука тянется сама.

«Я к вам в инстаграме постучался. Ответьте, пожалуйста», — этот комментарий выделялся среди остальных, потому что был написан по-русски. В инстаграме? Ну да, ей хватило ума зарегистрироваться на «реддите» под реальным именем, а кому-то другому хватило ума поискать это имя в инстаграме. Очередной неадекват, желающий познакомиться? В последнее время такие сообщения приходили всё чаще, и Ника, не раздумывая, отправляла их в бан.