Книга Стамбул. Подслушанное убийство, страница 106 – Анна Орехова

Инспектор долго расспрашивал, как и когда она нашла брелок, кто мог его подложить, знает ли она, что это за вещица? Потом переключился на момент убийства, уточнил, может ли кто-то подтвердить, где она была с 19:44 до 19:50. Затем перешел к вопросам о Федерике: «когда вы познакомились?» «как часто общались?» «что можете сказать о ее отношении к деньгам?»

Свете эти вопросы не понравились, она уже пожалела, что вообще пришла в полицейский участок. Складывалось ощущение, что инспектор ее подозревает. С чего вдруг? Да, она нашла токен. Да, не сразу о нем рассказала. Но что тут удивительного, любой нормальный человек десять раз подумает, прежде чем понесет улику в полицию. Она, можно сказать, проявила гражданскую ответственность, но в результате чувствовала себя неуютно. Это как в поликлинику сходить: признаешься врачу в самом сокровенном, а он вместо того, чтобы успокоить, вздыхает и одаривает взглядом «какого черта пришла?»

Интересно, что бы посоветовал папа? Если, конечно, отбросить тот факт, что, узнав об убийстве, родители сразу вернули бы ее домой. Именно поэтому она им ничего не сказала, знала, что они даже размышлять не станут — быстро в самолет и точка! Но Света не хотела возвращаться. Ей нравилось на курсах, нравилось придумывать название для нового электроавтомобиля и слушать лекцию Ред Макса во время экскурсии по Стамбулу. Нравилось гулять с Юрисом, курить кальян и целоваться на берегу Мраморного моря под пение муэдзинов. Но если представить на минуту, что папа не вернул бы ее домой, что бы он посоветовал насчет токена? Отнести в полицию? Выбросить? Перепрятать? Света и так и эдак представляла их разговор, но не получала ответа, все воображаемые беседы сводились к одному: «Убийство?! Быстро домой!»

Она открыла шкаф, достала форму и кроссовки. Планировала бегать по утрам, но то одно, то другое, до пробежек так и не добралась. Завтра точно начнет, но сегодня позанимается в зале, совместит приятное с полезным: и фигуру подкачает, и выведет на чистую воду эту стерву Катрин.

После вчерашней суматохи с ботами Света поняла, что пора брать инициативу в свои руки. Кто-то должен прекратить этот бардак. Преподаватели не торопятся, остальным лишь бы ругаться и сыпать взаимными оскорблениями. Значит, придется ей.

Взгляды «не ты ли эту заварушку устроила?» выводили из себя. Если бы эта гадина атаковала всех, сразу стало бы понятно, кто виноват. Но нет, она поступила хитрее — специально не тронула Свету, чтобы все вокруг шептались и недоверчиво поглядывали.

В результате Валери и Камилла разговаривали с ней сквозь зубы, Таллия угрюмо косилась, Манчини сыпал шуточками в духе «Света, за что?», Ника на сообщения отвечала сухо, видимо, тоже не доверяла. Один только Юрис успокаивал: «Не обращай внимания. Чем больше себя защищать, тем сильнее на тебя нападать». Но Света всё равно оправдывалась, писала в чат, что она ни при чем. Вряд ли кто-то верил. Пора было вместо обороны переходить в наступление.

Она не сомневалась, что ботов натравила Катрин. Притворилась, что ее тоже атаковали и сидит, небось, довольная, над всеми потешается. Умно, ничего не скажешь, но Света видела ее стервозную натуру. Катрин с самого начала сражалась не по правилам, без зазрения совести украла идею Светиного поста, а потом ее же обвинила в воровстве. Да и подлянка с телефонами — точно ее рук дело. Что ж, раз ведет себя нечестно, пусть будет готова, что к ней тоже применят пару-тройку запрещенных приемов.