Книга Глухое правосудие. Книга 1. Краснодар, страница 110 – Анна Орехова

Она поняла, что сболтнула лишнего, и закусила губу.

— Милена, я не собираюсь вас осуждать. Я просто хочу во всем разобраться. Давайте постараемся не делать эту историю еще более запутанной, чем она есть, хорошо?

— Хорошо. Спасибо, что не спрашиваете прямо.

— Это не мое дело.

Загрохотал гром, Милена посмотрела на небо.

— Похоже, гроза начнется раньше, чем прогнозировали синоптики. Накроется наша йога.

Кирилл не стал поддерживать разговоры о погоде. Не сейчас, когда они добрались до самого важного.

— Что было дальше?

Милена отпила кофе и продолжила, глядя куда-то вдаль:

— Максим умер. Я винила себя, ведь была уверена, что это самоубийство. Корила себя за ту ссору, за то, что не остановила его, не предусмотрела, не заметила признаков, точнее, закрывала на них глаза. Я ушла из больницы, оборвала все связи. Это был очень тяжелый период. Я не связала его смерть с той таблицей, я вообще о ней забыла. Но теперь, узнав, что его убили, подумала, вдруг связь все-таки есть?

— Это возможно. Как думаете, этот файл мог где-то сохраниться?

Милена подалась вперед и понизила голос:

— Прочитав на вашем сайте, что Максима убили, я решила найти ту таблицу. Все это время она могла храниться на его компьютере. Я подключилась к сети больницы. Представляете, они до сих пор не поменяли пароли! Как я настроила сеть сто лет назад, так все и работает. Даже административный пароль не сменили! Но оно и неудивительно, на мое место взяли какого-то студента, который в сетях разбирается чуть лучше, чем медсестры.

— Вы что-нибудь нашли? — поторопил ее Кирилл.

Милена развела руками.

— Нет. Столько времени прошло. Компьютер бухгалтера тоже проверила — ничего.

Повисла пауза. Кирилл обдумывал услышанное. Неудивительно, что файл давным давно удалили, если, конечно, он вообще существовал. Ведь нельзя исключать, что Милена все выдумала. Пора привыкать, что все, кто связан с этим делом, врут: Подставкина, Шевченко, Бобриков.

Кирилл снял очки, достал из кармана тканевую салфетку и протер стекла. К слову, о Бобрикове…

Что, если сообщение, о котором он говорил, все-таки существовало? Но отправителем была не Альбина, а Милена? Кому еще приглашать Подставкина на свидание, если не его любовнице? И в предсмертной записке он писал скорее всего о ней.

Вот только если Милена заманила Подставкина тем вечером в больницу, зачем решила сегодня привлечь к себе внимание?

— Вы не думали рассказать обо всем следователю?

— Думала. Но как вы себе это представляете? Вряд ли он поверит в историю про пароль, который Максим подглядел в моем блокноте. — Милена посмотрела на Кирилла взглядом «даже ты на это не купился». — Он решит, что я вру. Тем более таблицы нет.

— Как минимум следователь проверит вашу версию… — Кирилл осекся, вспомнив, как Голиченко выбросил на помойку сведения, которые принесла Ника. Где гарантия, что с информацией Милены не поступят так же? Особенно учитывая, что у нее нет доказательств.

Они снова замолчали. Кирилл не знал, верить ли Милене. Предположим, верить. Как в этом случае поступить? К Голиченко идти нельзя, это понятно. Подключить Якута? Тоже вряд ли. Проблема в том, что у них нет доказательств, лишь слова Милены. Якобы была какая-то таблица со списком имен — и все. Хоть бы примерно понимать, что такого необычного углядел там Подставкин.