Книга Аукцион волшебного хлама, страница 61 – Дарья Донцова

– У меня дочь, ей четырнадцать лет, – тихо засмеялся доктор. – Рост метр семьдесят пять, вес пятьдесят кило, гремит костями, ничего не ест, мечтает стать моделью.

– Могу попросить, чтобы на нее посмотрел Роже, – быстро предложила я.

– Это кто? – не понял собеседник.

– Спросите у девушки, хочет ли она показаться Ласкину, – тоном змеи-искусителя продолжила я.

– Тата! – крикнул Годовиков. – Есть возможность встретиться с неким Ласкиным. Что думаешь?

В ответ ожидаемо раздался вопль:

– Папуня! Да, да-а, да-а-а-а! С кем ты разговариваешь?

– Степанида Козлова, – быстро напомнила я свое имя.

Валентин Петрович повторил его, вопль перешел в диапазон ультразвука, и потом мне в ухо вонзилось стаккато:

– Ласкин! Да! Конечно! На все готова! Вы же Степанида? Жена Звягина? Да? Папа вас вылечит! Бесплатно! Да! Папа! Ответь немедленно! Сию секунду говори «да»!

Раздался шорох, я услышала тихий смех Годовикова.

– Ваше предложение беседы с мужчиной – прием ниже пояса. Ребенок сошел с ума. Теперь я обязан выполнить любую вашу просьбу.

– Близкие друзья заболели пневмонией, – начала я, – муж и жена. Сначала он слег, теперь она. Температура у Николая заехала за все пределы, антибиотики ему вводят, но они не действуют, создается впечатление, словно воду колют. Коля пока жив, но одной ногой уже в могиле. У Аси положение легче, но она только что свалилась. Знала, что вы лечили Льва Михайловича Вороникина и его жену и в курсе, что у супругов была похожая ситуация.

– Он умер, – тихо сказал Валентин Петрович. – И жена тоже ушла к Господу. Очень хотел помочь, но тогда не знал как!

– Тогда? – переспросила я. – Значит, сейчас у вас есть лекарство?

Врач протяжно вздохнул и промолчал.

– Папа! Ты должен все сделать! – завопила Тата. – Все! Степанида – жена Звягина, владельца компании «Бак»! Роже способен страшилу с ногами колесом сделать иконой фешен! В трубке женщина, к которой я даже не мечтала подобраться! Ты мне отец или нет?!

Я тихо засмеялась:

– Валентин Петрович, простите. Не думала, что вызову столь бурную реакцию.

– Ну, вам придется теперь познакомить Тату с неведомым мне Ласкиным, – ответил доктор. – Чем вы заняты в данную минуту?

– Разговариваю с вами.

– Где находитесь территориально?

Я назвала улицу и услышала в ответ:

– Замечательно. Асенский переулок, конечно, знаете. Дом два. Там расположена моя клиника. Если есть время, приходите прямо сейчас. Поговорим с глазу на глаз. Не люблю по телефону вопросы лечения обсуждать.

– Уже в пути! – обрадовалась я.

– Вам покрепче? – осведомился Валентин Петрович.

– Да, пью одну заварку, не развожу ее кипятком.

– Мармелад попробуйте, его производит один из моих пациентов. За натуральность составляющих ручаюсь.

Я взяла одну конфетку и старательно изобразила восторг:

– Потрясающе!

– Правда? – удивился Годовиков. – Все говорят, что они по вкусу на пластилин похожи.

Я засмеялась:

– Меня воспитывала бабушка!

– О! Меня тоже, – кивнул Валентин Петрович. – Сказать правду, что конфеты гадкие – значит обидеть хозяина. Вам тоже все запрещали?

– Наоборот, – возразила я, – наверное, поэтому мне не хотелось совершать ничего особо плохого. Вы знаете, что за болезнь приключилось с Вороникиным?

Годовиков перестал весело улыбаться.

– Долгая история. Меня больно ударила смерть Льва Михайловича. Он был неординарным человеком, балансировал на грани между уголовным и обычным мирами. И обладал даром царя Мидаса. Понимаете?