Книга Один в поле клоун, страница 43 – Анастасия Хомина

— Родители мои умерли, когда мне исполнилось два года. Я осталась с бабушкой, которая работала техничкой в школе и подрабатывала мытьём подъездов, чтобы хоть как-то самой выжить, ещё и меня прокормить. Жили бедно, порой приходилось перебиваться с овсянки на воду. Из-за этого и подругами не обзавелась, стыдно сюда людей приглашать, — грустно сказала она,махнув рукой.

Я не знала, что сказать и пригубила лимонад, лихорадочно соображая, как вывести Дашу на откровенный разговор. Придумать я ничего не успела, девушка сама продолжила говорить, видимо ей было совсем одиноко.

— Когда мне исполнилось восемнадцать лет, умерла бабушка. Стипендии не хватало даже чтобы оплатить коммуналку. Пришлось бросить учебу и устроиться на рынок продавцом.

Утром и днём девушка продавала фрукты и овощи, а вечером посещала вечернюю школу экономики: училась на бухгалтера. Но вчера окончившую курсы ученицу никто не хотел брать на работу. Так бы и пришлось скакать вокруг ящиков с товаром, но однажды к ней домой заглянула соседка и, пожалев еле стоявшую на ногах от усталости девушку, помогла пристроиться ей на канал, подключив связи бывшего любовника. Уже полгода Даша работает на должности "принеси-подай". В этой работе есть масса плюсов: не нужно стоять целый день на морозе и зарплата хоть и не огромная, но в разы больше, чем на рынке. Девушка смогла раздать долги, налаживает быт и даже месяц назад взяла в рассрочку пароварку. Одевается девушка в секонд-хенде. На ее тощую фигурку там большой выбор дешёвой американской одежды с фирменными лейблами. Косметикой она практически не пользуется, но знает марки хорошей туши и тонального крема по умеренной цене. Жить бы и радоваться, да стояло какому-то идиоту, угнать автомобиль Суханова.

— На работе если узнают, как я живу, в первую очередь на меня подумают, — нервно затеребила она кухонное полотенце.

— Я никому ничего не скажу, — заверила я.

— Правда? — она с надеждой посмотрела на меня.

— Да, но с одним условием.

— Каким условием? — насторожилась девушка.

— Дай мне рецепт этого лимонада.

— Легко, — рассмеялась она. — Запоминай.

— Я лучше запишу, — полезла я в сумку за блокнотом.

— На литр воды берешь один средний лимон, пару веточек мяты и три-четыре ложки сахара. Смотри по вкусу. Лимон режешь кружочками, мяту рвешь на листочки. В банке слегка примни толкушкой, чтобы они сок пустили, — наставительно диктовала Дарья. — Засыпай сахар, заливай водой, перемешай и пей. Легче только хлеб нарезать.

— Или машину угнать, — подлила я масла в огонь. Как думаешь, кто мог это сделать?

Она нахмурилась:

— Не знаю. Надо быть очень смелым человеком, чтобы отобрать игрушкуу Владлена Дмитриевича. Ему эти машины дороже всего.

— Зато ты бы смогла сделать ремонт и поменять мебель, — подмигнула ей.

— Лучше жить на улице, чем стать преступницей, — она сердито сверкнула глазами.

Я уже в середине разговора поняла, что Даша вряд ли причастна к краже, но эта фраза убедила меня окончательно.

Пожелав девушке скорейшего выздоровления, я попрощалась с ней. На лестничной клетке столкнулась с пожилым мужчиной. Больно треснув меня тростью по ноге, он прошипел:

— Чего стоишь тут, наркоманка вонючая?

У меня от этого выпада дар речи пропал и кажется, челюсть встретилась с грязным полом подъезда. Кое-как совладав с собой, я захлопнула рот и открыла его только что бы ответить с достоинством: