Книга Избранники фортуны, страница 105 – Татьяна Богатова

«Нет, — подумал он, — не выдержит Настя нападок со стороны родных. Стоит нам только заикнуться им, как тут же начнутся упрёки, взывания к совести, слова о позоре перед людьми и устрашения по поводу возможных патологий у будущихдетей. Лучше уж, — решил Лисицын, — оставить в неведении не только родителей, но и Настю. Так сказать, прекратить отношения, не начиная их. Да, именно так будет лучше для всех.

Кроме меня, разумеется», — грустно заключил Сева.

А у Насти из-за его молчания подтвердились худшие догадки — прошлой ночью Всеволод всего лишь собирался предложить ей переспать.

— Скоро родители приезжают, — перевёл разговор Всеволод.

— Во вторник? — уточнила Настя.

— Да, в четыре утра.

— Обязательно встретим, — коротко ответила Настя.

— Спасибо, — благодарно глянул на сестру Сева.

— Всева, за что ты благодаришь? — удивилась Настя. — Мне самой будет очень приятно их встретить.

Чем больше приближался день отъезда Петра и Светланы, тем сильнее чувствовала беспокойство Ольга. Казалось бы, не было никаких оснований. Пётр, которого Щеглова попросила держать в курсе контактов с Мышковцом, рассказал о его просьбе поддержать начальника во время проверки, а также о том, что необходимость в этом отпала, поскольку проблема оказалась разрешена без приезда инспектора. Если Лисицын не придал этому значения, прекрасно зная о связях Мышковца в краевом управлении, то Ольга, напротив, растревожилась сильнее обычного, убеждённая в том, что бывший любовник затевает коварство в отношении Всеволода. В чём оно выражалось, Щеглова пока не могла сообразить. В день отъезда Лисицыных в Липки отправлялось два поезда: один — из районного центра за тридцать километров от их станции, в четыре часа утра, второй, проходящий из Воркуты, — спустя три часа. Ольга уточнила у Петра, не сообщал ли он начальнику, на каком поезде едет. Получив отрицательный ответ, немного успокоилась, но волнения не до конца оставили Щеглову.

Сначала у неё даже возникла безумная идея возобновить отношения с Мышковцом, чтобы попытаться выведать планы или, во всяком случае, его настрой по отношению к Севе. Однако, поразмыслив, Ольга пришла к разумному выводу, что это бесполезно. Оба игрока стоили друг друга. Они без особого труда предугадывали ход мыслей и намерения обоих, став после конфликта непримиримыми противниками. Так что в этой партии предполагалась только уверенная ничья. Ольга, однако, понимала: ставка в этой игре слишком высока — проигрыш означал возможную жертву. Щеглова всё чаще вспоминала слова Петра о том, что Мышковец опасен, беспощаден и удачлив в своей безнаказанности.

Не придумав ничего лучше, Ольга принялась следить за Мышковцом, насколько ей могло это удаваться. Никого давно не удивляло, что начальник отдела кадров меняет расстановку мебели в своём кабинете не реже одного раза в год. Снова переставив рабочий стол, Ольга расположила его таким образом, чтобы наблюдать за передвижениями начальника. Обычно он не имел привычки покидать рабочее место, кроме как для редких поездок на совещания или походов на обед. Прежде, до разрыва, Мышковец почти всё время обедал с Ольгой в кафе, расположенном в сквере неподалёку от отдела вневедомственнойохраны. Теперь Щеглова чаще всего перекусывала на рабочем месте, лишь изредка покидая его, чтобы прогуляться. Начальник отдела по-прежнему предпочитал обедать в том же кафе. В последние несколько дней Ольга взяла за правило выходить в обед на улицу вслед за Мышковцом, спустя некоторое время после него. Чаще всего она просто прохаживалась по скверу, иногда заходила в то же самое кафе, выждав момент, когда Мышковец его покидал, иногда встречаясь с ним на выходе. Поскольку посетителей к тому времени почти не оставалось, то Щеглова быстро покупала какую-нибудь выпечку и выбегала на улицу, чтобы удостовериться, проследовал ли начальник прямо в отдел или увильнул куда-то ещё. Слежение для Ольги облегчалось тем, что Мышковец никогда не пользовался в личных целях служебным автомобилем. Евгений предпочитал свою «Тойоту», заправляя её за счёт конторы.