Книга Ты не выйдешь отсюда, страница 14 – Маргарита Малинина

* * *

Девушка медленно ползла по длинному коридору, с трудом волоча за собой израненную ногу, оставляя на светлом полу неровную смазанную длинную подпись, похожую на кардиограмму. Над ней мерцали лампы, издавая неприятный скрежещущий звук.

Ее сердце гулко, часто билось в груди, и барабанные перепонки подхватывали эти звуки и возводили в десятую степень, но даже среди этого невыносимо громкого шума в ушах она услышала тяжелые шаги позади.

Она обернулась. Ее мучитель медленно вышагивал по коридору, держа в руках окровавленный топор. Разбитая минутой ранее о его голову хрустальная ваза замедлила его совсем ненадолго. Вначале он еще держался за макушку, потом потряс головой, скидывая застрявшие в волосах осколки, и решительно направился к девушке. Она завизжала и поползла быстрее – или ей только так казалось, потому что, совсем не напрягаясь, он догнал ее всего за несколько секунд.

– Время вышло, – спокойно сказал он, будто учитель, среагировавший на прозвеневший школьный звонок.

Паника все сильнее росла в ее груди. Пульс зашкаливал, мучая и без того больное сердце. Но страх все быстрее и быстрее гнал кровь по венам, и сердцу не суждено было успокоиться.

– Твоя задачка не имеет решения! – смело крикнула она, остановившись и глядя прямо в глаза мучителю.

Все равно от него не убежишь. И дело даже не в ее нынешнем состоянии, не в раненой ноге. Дело в том месте, где они оба находятся.

Он разочарованно сжал губы.

– Время вышло, – сухо повторил. – Мы играли, и ты проиграла.

Он замахнулся топором и одним мощным ударом перебил шейные позвонки. Отделившаяся голова перевернулась, и глаза уже мертвого человека посмотрели на убийцу с немым укором, словно обвиняя в несправедливости приговора.

* * *

– Помрешь старой девой, – резюмировала Любка двухчасовую нотацию, которую не знаю даже зачем я слушала, почти не перебивая.

Наверное, каждому человеку хотя бы раз в жизни нужно, чтобы его отчихвостили. Вот только мне это никак не помогло. Я реально не понимала, в чем провинилась. Возможно, я и сказанула что-то лишнее, но это уже после того, как я поняла, что нам с этим Серым не по пути. Так что, будь я даже поласковее, это никак не отразилось бы на моей личной жизни.

– Значит, судьба такая, – хмуро развела я руками, хоть и общались мы по телефону и видеть меня собеседница не могла.

– Какая судьба? Что это за слово такое модное? Бери судьбу в свои руки! Думаешь, я быстро к успеху пришла? Думаешь…

Я перебила:

– А как долго ты к нему шла? – Потому что как-то так получилось, что мы ни разу не обсуждали эту тему. Это я постоянно жалуюсь, что у меня нет читателей на литературных порталах, а при бумажных публикациях автор получает мизерный процент от продаж, что в итоге выливается в несправедливый нищенский ад. А Любка или помалкивает, или пытается дать советы из серии «хочешь жить – умей вертеться».

Почему-то писательница по ту сторону смартфона надолго замялась.

– К чему? – зачем-то переспросила она, будто было неясно.

– К успеху, – хихикнула я. – Мы же вроде про него говорим. Я посмотрела твою страничку, у тебя почти шесть тысяч подписчиков, что для писателя литературного портала, а не для какой-нибудь глупой модельки-инстаграмщицы весьма приличная цифра. Как быстро ты набрала читателей?

– Я не помню, – отчего-то смутилась Любка, которая, в принципе, никогда не смущалась.