Книга Основано на нереальных событиях, страница 106 – Алекс Винтер

– Вот теперь я тебя узнаю. По лицу и, главное, по голосу. Все так же сводишь с ума женщин?

– Ну, ты тоже мало изменилась, особенно глаза, – отбил он ее фразу с той же интонацией. – Как ты умудрилась так долго прятаться?

– Ну, это было несложно, – небрежно ответила она, постаравшись отодвинуть в памяти годы вынужденных скитаний, страха, ночевок в самых грязных комнатушках. Она вспомнила, как засыпала в коммуналке, где за стеной бушевала пьяная ссора, держа в одной руке нож, а другой баюкая кричащего ребенка. Это был сущий ужас, о котором не хотелось докладывать Чирцову, по крайней мере сейчас. – У меня была припасена еще доза-другая зелья доктора Банзы и пара не слишком засвеченных паспортов. После того ужасного утра села в первый же поезд до Казани, устроилась там в соцзащиту. Ты не представляешь, сколько у нас по городам раскидано никому не нужных стариков, без наследников, но с собственной жилплощадью. А еще в те годы было куда проще обзавестись настоящим паспортом, нужна была лишь сговорчивая паспортистка, которая любит денежки. Но у меня не было денег, зато был убойный коктейль доктора Банзы. В общем, после небольшого воздействия я получила новый паспорт, и, заметь, выданный абсолютно легально, в государственном учреждении.

– Почему ты поехала в Казань?

– Не знаю. – Она пожала плечами, а потом вдруг вспомнила: – А, нет, знаю, конечно, это был ближайший поезд. Потом я вернулась, уже с новой личиной, хотя понимала, что делаю глупость, но я уже предчувствовала, что грядут перемены. Повторила тот же финт с паспортисткой, сменила документы, нашла одинокую бабку, превратилась в ее двоюродную внучку, и бац – вот я уже законопослушная гражданка СССР. Столько лет тряслась, от каждой тени шарахалась, думала, все, теперь точно меня нашли. Но не нашли, не успели. А потом страна развалилась, прятаться стало бессмысленно, и я перестала. Но возврата назад все равно не было. Я осталась преступницей, предательницей и, возможно, даже террористкой. Кто бы поверил, что я выполняла задания Царенко вслепую? А статью «Измена родине» никто пока не отменял, пусть даже и родины уже нет.

– Бабуся, надо думать, резко захворала и скончалась? – рассмеялся Егор. – А ты схоронила бабушку и прописалась в ее апартаментах?

– Разумеется, – холодно ответила Ирина, малодушно отодвинув фрагмент воспоминаний, как почти незнакомая старуха, написав завещание, идет бросаться под поезд. – А как жил ты?

– О, ну я очень долго отлеживался, потом, как и планировал, уехал на юг, – с ностальгией припомнил Егор. – Мне не пришла в голову блестящая идея с паспортисткой, так что я женился, тоже, кстати, по одному из наших паспортов, сменил фамилию. Потом развелся, снова женился. И так три раза, каждый раз брал новую фамилию. Работал в охранных предприятиях, зарегистрировал частное детективное агентство, прогорел, кстати. Потом основал собственную охранную контору, последние десять лет от дел отошел, живу на пенсию и скромные сбережения.

– Пальтишко-то у тебя не на рынке куплено, – ехидно отметила Ирина. – Думаю, сбережения были не слишком скромные?

– Да кто там их считает? – пожал плечами Егор. – Главное, – мы оба выжили в той истории.

Вновь в его голосе послышалась скрытая угроза. Она придержала чашку у лица, думая, выплеснуть ли ему чай в лицо сейчас или подождать.