Книга Искатель, 2006 №5, страница 31 – Игорь Гетманский, Сергей Юдин, Валентин Рапп, и др.

— Вот-вот, — согласился Олег, с трудом вытаскивая топор из колоды, — с тех пор порядки не изменились.

— Значит, завтра тебя здесь уже не будет?

— Надеюсь.

— Жалко.

— Не знаю, кому как, а мне так не очень.

— Как кончишь, зайди на кухню, накормлю тебя на прощание жареной картошкой с молоком за ударный труд.

Она затушила сигарету и легкой походкой вернулась на кухню.

Олег пристально посмотрел ей вслед, любуясь ее стройной фигурой, и поймал себя на мысли, что действительно мечтает о жареной картошке, которую не ел с гражданки. Удивительное дело, простая еда, вкуса которой дома он даже не замечал, здесь стала предметом мечтания. Он представил, как сидит в ресторане и заказывает изысканные блюда, мороженое, сладости. А что он раньше там брал? Коньяк. На закуску внимания не обращал. А здесь кормили вроде бы хорошо, он даже поправился. Но это было, благодаря строгому режиму, и тогда, в первый раз, когда он служил.

Начало темнеть. Олег сложил последние дрова в поленницу и усталой походкой пошел на кухню. Там никого не было, только из разделочной раздавались чьи-то голоса. Он заглянул туда и сразу узнал, несмотря на сумерки, стоящие у окна силуэты.

— Убери руки, я сказала.

— Да что ты, лапочка, ломаешься? Если у тебя есть дружок, то не бойся, мы ему ничего не скажем.

— Я сейчас закричу, и сбегутся дежурные.

— Хотел бы я посмотреть, как они будут отрывать меня от такой кошечки.

Вдруг она замолчала, уставившись на Олега, который, словно кошка, на цыпочках подходил к ним, прихватив со стола разделочный нож. Он увидел в ее глазах ужас. Мгновенно в его памяти воскресла подобная сцена. Было уже темно, он стоял на вокзальной площади, поджидая свою машину. Рядом толпились подвыпившие парни. Вдали уже показались знакомые габариты его «Мерседеса». Повернувшись, он пошел к автобусной остановке и в это время услышал за спиной резкий окрик: «Стоять, стоять, я сказал». Он чувствовал спиной, что кричат ему, но знал, что главное — не показать свой страх, иначе набегут, затопчут. В это время машина стала выворачивать на остановку и осветила фарами толпу людей, и он увидел глаза стоящей перед ним женщины. Они были полны ужаса, страха перед ожидаемой дракой. Он тогда развернулся у машины и специально закурил, чтобы посмотреть на этого крутого горлопана, шедшего за ним. Но тот прошел мимо пьяной походкой, словно ничего и не было, словно он кому-то другому кричал. Хлопнула дверца, и Олег уехал. Но глаза, глаза, полные ужаса, еще долго виделись ему в темноте.

И вот теперь снова страх, страх в Таниных глазах. Олег невольно ухмыльнулся, заранее зная, что ничего страшного, как и тогда, не будет. Он уставился взглядом на эту бритую голову, на толстый затылок, на котором были видны жировые складки, приставил к нему нож и медленно произнес:

— Если ты сейчас же, жирный ублюдок, не уберешься отсюда, я проткну твой чайник, как арбуз. Ты меня хорошо слышишь?

Сержант дернулся, как от удара тока, и чуть повернул голову; по его виску текла капля пота. Видно было, как его руки, еще недавно мявшие грудь девушки, дрожали от страха.

— Ты чего, Новиков, успокойся, только не нервничай.

— Мне кажется, нервничаешь ты, и не напрасно.

Олег, держа его на ноже, проводил до дверей и выпихнул под зад сапогом из комнаты. Тот упал уже за дверями, поднялся и запричитал: