Книга Плейлист, страница 38 – Себастьян Фитцек

Я с грустью вспомнил свой плавучий дом.

– Поэтому у нас нет телевизора, и в рабочем кабинете только один компьютер с выходом в Интернет. Здесь Фелина может делать домашние задания. Томас не стремится лишать ее радости жизни, но и не хочет, чтобы к ней доходили плохие новости.

– Это он решил, чтобы Фелина училась в его школе? – спросил я.

Эмилия кивнула.

– Он просто хотел, чтобы она была рядом. Я всегда считала это проявлением его любви…

Или его навязчивого расстройства. Хотя вызывало сомнение, что отец, который контролирует каждый шаг своей дочери, может быть как-то причастен к ее похищению. Разве что произошло какое-то трагическое несчастье, которое Томас пытался скрыть.

– Когда он вернется с родительского собрания? – спросила Алина.

– Не знаю. Томас сказал, что может задержаться. – Эмилия посмотрела на меня, настороженно задержала взгляд на повязке на моей голове и спросила: – У вас есть для меня какие-нибудь новости по результатам вашего расследования, господин Цорбах?

Я кивнул и попытался осторожно рассказать ей о том, что произошло на территории «Амброзии», не пугая ее. У меня не получилось.

– Вы… вы оставили Фелину там? – вскрикнула она, ошеломленная, и резко встала с кресла.

Я попытался ее успокоить:

– Мы не уверены, что это действительно была Фелина.

– Где это место? – задала она единственный вопрос, который мог возникнуть в такой момент. – Я должна туда поехать.

Боже, как я понимал этот порыв… Я вспомнил собственное бессилие, когда похитили Юлиана, и то, как отчаянно хотел хоть что-то сделать, просто не мог вынести бездействия.

– Хочешь, чтобы с тобой случилось то же, что с Цорбахом? – спросила Алина.

Я невольно коснулся своей повязки.

– Чего ты хочешь там добиться?

– Алина права, – поддержал я. – Как уже сказал, это дипломатическая территория. Там повсюду камеры и, вероятно, другие системы безопасности. К тому же мы не знаем, где на этой огромной территории искать.

– Но ведь вы нашли тот домик?

– Сегодня утром его снесли. Сигнал MP3 пропал.

Комиссар Стоя уже сообщил мне по телефону о своем визите к Либерштетт.

– Господи. – Эмилия прикрыла рот рукой.

– Мы предполагаем, что «Амброзия» – нечто вроде приюта для женщин, ставших жертвами тяжелейшего насилия, – объяснил я. – Поэтому такие меры безопасности.

И нападение на меня. Должно быть, меня приняли за мужа, разыскивающего свою жену, которая укрылась в «Амброзии».

– И что теперь? – Эмилия перевела взгляд на Алину, которая, видимо, почувствовала, что обращаются к ней. – Что мы можем сделать?

– У меня нет четкого плана, Эмилия. Но есть одно подозрение, – сказала она, вызвав во мне такое же любопытство, как и у матери Фелины.

– Подозрение?

Алина встала, сняла очки и произнесла:

– Да. И чтобы его проверить, мне нужно в комнату твоей дочери.

Алина

«Это бессмысленно», – выругалась про себя Алина и, войдя в комнату Фелины, чуть не расплакалась от собственной беспомощности. Как бы она ни старалась, ей не удавалось различить отдельные предметы мебели. То, что могло быть кроватью, столом, шкафом или стулом, для нее оставалось лишь бесформенными тенями. Она понимала, что это мебель, только потому, что предметы не двигались. В отличие от Эмилии, стоявшей рядом.

– Ты ищешь что-то конкретное? – спросила Эмилия.

Алина обернулась к ней, и у нее перехватило дыхание при виде такого уродства. При этом Алина понимала, что определенно несправедлива к Эмилии. Для натренированного с детства глаза у нее, возможно, были симметричные черты лица. Но для Алины она выглядела чудовищно, особенно когда открывала рот, чтобы заговорить.