Книга Алиби Алисы, страница 43 – Си Джей Скьюз

— …и матерью пятинедельной дочери, которая не кричала, не ела и никогда бы не выросла. Ты хочешь, чтобы я добавил к этому списку что-нибудь еще?

— Перестань, Скантс.

— Ага! Правда глаза колет? Ты даже умудрилась засветиться в манчестерских газетах,заявив, что попала в железнодорожную катастрофу.

— Я почти попала в нее.

— Вот то-то и оно, что почти.Ты находилась в семнадцати кварталах от места происшествия, но разве фактами тебе можно что-нибудь доказать?

— Скантс, ну пожалуйста…

— Ты заводишь дружбу с чужими детьми, ходишь на похороны людей, которых даже не знала, примеряешь свадебные платья, не имея намерения выйти замуж, и везде таскаешь с собой куклу, делая вид, что это новорожденный ребенок. Я сто раз просил тебя остановиться, но ты меня не слушаешь. Я больше не могу с тобой возиться.

— Но ты же должен.

— Ничего подобного. Я тебе ничего не должен. От тебя только головная боль и куча возни с бумагами. Гораздо больше, чем от кого-либо другого, с кем мне приходится иметь дело. Я собираюсь официально передать твое дело коллеге. С сегодняшнего дня ты должна будешь обращаться к Джине.

— Нет! Я не хочу никого другого. Ты заботишься обо мне с десяти лет. Ты мне стал как отец.

— То-то и оно. Но я ведь не твой отец. Не усложняй все, ладно? Мне сейчас и так непросто.

— Но почему? Что с тобой происходит?

Скантс смеется, но я чувствую, что ему совсем не смешно.

— Моя жена умерла. Примерно год назад. Спасибо, что наконец спросила.

— Но ты же говорил, что ей лучше.

— Было. Потом стало хуже. Потом ее положили в больницу, где она и умерла.

— Ты никогда об этом не говорил.

— А ты никогда не спрашивала. Ты так зациклена на своем маленьком мирке, что не замечаешь ничего, что происходит вокруг тебя. В тебе не осталось ничего, кроме лжи.

Я больше не в силах сдерживать слезы.

— Ты не можешь просто так взять и оставить меня.

— Так значит, с сочувствием покончено? Возвращаемся к нашим баранам?

— Скантс, я так сожалею о том, что случилось с твоей женой…

— Неправда. Может, ты и сожалеешь о том, что довела меня до ручки, но если я снова послушаю тебя, через пару недель ты опять позвонишь и скажешь, что порезалась, или что собираешься прыгнуть с причала, и мне придется снова гонять по М5 и М6[10], а потом ты спросишь как ни в чем не бывало: «А что это вы все так беспокоились?»

— Скантс…

— Знаешь, сколько дел мне приходится откладывать, чтобы возиться с твоим дерьмом? На прошлой неделе я купил тебе продукты, чтобы проверить, как у тебя идут дела. И ты знаешь, мнекажется, что, помимо твоей постоянной лжи и паранойи, все обстоит более или менее нормально. С меня хватит. Со следующей недели твоим делом будет заниматься Джина — она всегда находила его очень интересным, так пусть теперь сама и расхлебывает.

Вот сейчас он отключится и оставит меня навсегда. У меня не остается иного выхода.

— Если ты откажешься от моего дела, я скажу твоему боссу, что ты снова пьешь. Я скажу ему, что ты был пьян, когда приходил ко мне в последний раз.

Тишина. Но он все еще там. Мне слышно его дыхание.

— Ты думаешь, он не знает? Думаешь, он будет обвинять меня за то, что после шести лет постоянного кошмара…

— Скантс, пожалуйста, я не могу без тебя. Ну скажи мне, что делать. Я не знаю, что мне делать.

— Оставь, на хрен, меня в покое, — рычит он. — Вот этоты можешь сделать?