Книга Алиби Алисы, страница 16 – Си Джей Скьюз

— Опять ты витаешь в облаках, Женевьева, — говорит Ванда. — Так, по-твоему, у нас тут в отеле убийца? И что прикажешь теперь делать? Позвать Пуаро? Или, может быть, ту старую леди с пишущей машинкой? А может, Кендалл Дженнер[4]? Разве ты не сказала, что видела ее в городе? Интересно, знает ли она, как умерла эта из двадцать девятого номера?

— Не видела я никакой Кендалл Дженнер, — говорю я. — Это была женщина, похожаяна нее.

— Нет, ты сказала, что это была она! —настаивает Ванда.

Тревор подмигивает с таким видом, будто ему все уже давно известно.

— Послушайте, давайте вернемся к нашим баранам. Я не вижу ничего подозрительного — дверь не взломана, окна были закрыты, она зарегистрировалась одна и должна была выписаться сегодня после окончанияконференции. Некоторые люди знают, что должны умереть, и уходят в отель, чтобы избавить своих близких от неприятностей. Печально, но факт.

— Ее задушили, — повторяю я более настойчиво. — У нее на шее синяки.

— А ты кто вообще — горничная или патологоанатом? — смеется Тревор мне в лицо.

— И глаза у нее красные, — добавляю я, желая, чтобы лицо Ванды, наконец, смягчилось и она поверила тому, что я говорю. Они оба продолжают таращиться на меня. — Говорю вам, это убийство.

Ванда отворачивается к своей тележке и отсчитывает четыре пакетика с сахаром, чтобы отнести их в номер напротив. Пара в шлепках прениле-пываетмимо нас к лифту, и она приветствует их вежливым: «Доброе утро. Желаю хорошего дня». Не дождавшись ответа, она показывает им вслед средний палец. Раздается звонок, двери лифта закрываются, и Ванда снова поворачивается ко мне.

— Ты знаешь это, потому что прежде работала в больнице, а?

— Да.

— А что, ты там и задушенных видела, а?

— Да.

— А это было до или после того, как ты играла за сборную Англии?

— После. Я была в молодежной сборной.

Ванда издает неопределенное рычание и отворачивается, чтобы взять из тележки два свежих полотенца.

— Думаешь, я совсем дурочка, а? — Она кивает Тревору и исчезает в двадцать четвертом номере со стопкой постельного белья. Тревор продолжает охранять закрытую дверь Тессы Шарп, сложив руки на груди. Определенно, они оба считают, что я лгу.

Снова раздается звонок лифта, и из него выходят двое мужчин в пиджаках. Они подходят к двери номера Тессы и демонстрируют Тревору свои удостоверения. В этот момент Ванда выныривает из соседнего номера и отправляет меня убирать верхний этаж. Мне хочется посмотреть, что будет происходить дальше, но Ванда непреклонна, а уж когда она такая, всем приходится ходить по струнке.

Из окна третьего этажа я вижу, как тело Тессы везут на каталке к фургону, припаркованному на служебной стоянке, и не могу оторвать взгляда от мешка. Невольно вспоминаю, как видела другой мешок с телом, который вот так же закатывали на тележке в фургон. Мне надо начинать уборку, но прежде, чем постучать в дверь номера тридцать девять, я соображаю, что это мой последний шанс, бегу по лестнице на второй этаж и успеваю заметить, как в лифт входит женщина в полицейской форме с полиэтиленовымпакетом, полным вещей Тессы.

— Простите, дорогуша, но вам придется подождать следующий.

— Я только хотела узнать. Эта женщина с рыжими волосами — ее ведь убили, да?

— Сомневаюсь, что она могла сама себя задушить.

На мгновение я испытываю удовлетворение от того, что оказалась права, но как только двери лифта захлопываются, меня снова охватывает паника.