Онлайн книга «Дорогуша»
|
И только тут понимаю, что мы с ним знакомы: это Эй Джей. О господи боже, чтоб мне провалиться, думаю я. И еще сверху присыпаться. Ох, черт-черт, вот это я зашибенно круто вляпалась. А он стоит такой, таращится на нож, глаза черные, как лакричное печенье, руки поднял вверх и не дышит. И Дзынь заливается, бросается на него и хватает за штанины джинсов. – Ри… это я! Прости, пожалуйста, прости! – бормочет он. Я роняю нож, он с дребезгом падает на асфальт. Похоже, никто не слышал шума, который мы тут устроили, а если кто и слышал, то бежать на помощь не торопится. Я глотаю воздух и никак не могу отдышаться. Поднимаю с земли нож и кладу его обратно в карман. – Черт, ты чего творишь?! – набрасываюсь я на него наконец. Он, заикаясь, отвечает: – Я-я ув-увидел тебя, ког-когда выходи-дил из Фан-паба. Я узнал Дзынь-Дзынь. – Ее зовут Дзынь, – поправила я его, подхватывая Дзынь на руки. Ее, конечно, тоже колотило. Он все не отводил взгляда от моего кармана. – Что ты собиралась этим сделать? – Эй Джей, это средство защиты. Мне приходится выгуливать собаку поздно вечером, потому что у нас нет сада. Мы живем не в идеальном мире. Он провел пальцами по шее и посмотрел на них. – Ты меня порезала. – Он развернул ко мне ладонь. На пальцах была кровь. Я посмотрела на его шею. Ерунда, царапина. – О боже, – сказала я. Лицо у него вдруг стало очень странное, и он рухнул на землю, как мешок с картошкой. К тому моменту, когда он пришел в себя, две минуты спустя, я сидела рядом с ним, подложив ему под голову свою свернутую худи и прижимая к его шее комочек из бумажной салфетки. Дзынь лизала ему щеку. Какие-то люди, которые курили у Фан-паба через дорогу, направились было к нам посмотреть, все ли с ним в порядке, но я отослала их обратно, жестами показав, что он просто «выпил лишнего». – Все нормально, резко не вставай. Соберись с мыслями, дыши. Я понятия не имела, что несу. Обычно мне не доводилось сидеть рядом с ними, прикладывать к ранам компрессы и нашептывать на ушко всякие нежности. Он сел и посмотрел на меня. Я отняла салфетку и зашвырнула комок в ближайшую урну. – Ты упал в обморок. – Ты порезала мне шею. – Совсем чуть-чуть. Крови уже нет. Держи. – Я протянула ему свежую салфетку. Он поднялся на ноги. – Спасибо. – Он выглядел странно. И уходил прочь. – Я домой пойду. – Ты нормально доберешься? Он остановился и обернулся. Посмотрел на меня с очень странным выражением. – Ну, пока. – Эй Джей, подожди! Не уходи! Что такое? – Он опять оглянулся и опять посмотрел на меня ужасно странно. – Почему ты на меня так смотришь? – Ты всегда носишь с собой нож? – По ночам – да. – И на работу? – Нет, на работу, конечно, не ношу. – И он тебе уже пригождался? – Да. – Когда? – Ну, когда-то. Он покачал головой и спросил: – Не с тем парнем в парке? И тут я вдруг сказала: – Ага. Тут лицо у него стало такое – Эдварду Мунку точно понравилось бы. – Так это была ты? – Тс-с. Я ненарочно. Он подкрался сзади, когда я выгуливала Дзынь. Эй Джей, он хотел меня изнасиловать. Он покачал головой. – Ты что же, убила человека? – Не говори так. Это был не просто какой-то «человек». Это был преступник. Насильник, который выходил по ночам, чтобы нападать на одиноких женщин. – Рианнон, это еще не означает, что он заслуживал смерти. – Ты что, его защищаешь? Серьезно? |