Книга Дорогуша, страница 106 – Си Джей Скьюз

1. Люди, которые ковыряются в еде: нет, серьезно, Эдмунд, слабо вынуть еще парочку овощных ингредиентов из своего сэндвича?

2. Люди, которые в каждом слове делают ошибки, не умеют пользоваться апострофами и пишут «вобщем» и «тогдалие». ИДИТЕ В ШКОЛУ, МАТЬ ВАШУ!

3. Больные люди на работе – ИДИТЕ ДОМОЙ, МАТЬ ВАШУ!

4. Больные люди в Твиттере: мне плевать на ваши хронические боли, артриты и/или депрессию, и – Экстренное Сообщение! – всем остальным подписчикам тоже на все это плевать.

5. Магазины женской одежды, в которых НИКОГДА нет ничего размера L. Все только XS или XXXL.

6. Прыгучая Ровена вчера на аэробике, которая все делала в два раза быстрее, чем остальные, и с удвоенной нагрузкой, просто чтобы понтануться, какая она охрененно накачанная. Если бы мы были в школе, я бы подтерлась ее полотенцем для лица.

Целый день все болит. Синяки расползлись по лицу фиолетовыми цветами. Крейг увидел меня до того, как я накрасилась. Пришлось сказать, что упала в лифте, и теперь он хочет наехать на домовладельца из-за ковровой плитки и дешевого клея, который тот использовал. У меня не нашлось сил ему возражать.

Делала пресс-релизы: про благотворительный праздник в местной церкви, про «уличное вязание» девочек-скаутов на Хай-стрит и еще один – про то, что в нашем округе более шести тысяч человек страдают диабетом.

ЧЕРТ ЧЕРТ ЧЕРТ ЧЕРТ ЧЕРТ ЧЕРТ ЧЕРТ!

Какая же тоскаааааааааааааааа.

Господи, как мне хочется убивать. Внутри как будто постоянно что-то зудит. Как недовершенный оргазм. Неудовлетворенный аппетит. Пункт в списке обязательных дел, который никак не удается вычеркнуть. Насильники в Синем Фургоне как-то не очень помогли. Это как чизбургер в «Макдоналдсе»: набрасываешься на него, а потом, как проглотишь, думаешь: «Тьфу, черт, надо было все-таки картошки-фри тоже взять».

Или хотя бы немножко макнаггетсов.

Мне просто не хватило. И трусы у меня не успели намокнуть, потому что я слишком нервничала и была вообще черт знает на каком расстоянии от зоны комфорта. Весь мой план улетел к едрене фене. И теперь я дергалась из-за того, как все вышло, и старалась не думать о каменоломне и бабенке с шарфиком. Я полночи моталась по грязи, переступая через коровьи лепешки. Но это меня только еще больше разозлило. К тому же лицо болит как сука, и от этого все только хуже.

Не может быть, чтобы только мне одной так жутко нравилось убивать. Ведь у нас у всех есть свой какой-нибудь безумный сдвиг, правда?

Вот, например, от Дэйзи буквально искры летели, когда после обеда она вернулась с карьера.

– Зачем ты туда ездила? – спросила я, проплывая мимо со стопкой чистых листов бумаги для лотка позади ее стола. – Вроде бы этой темой занимаются Клавдия и Пол?

– О боже, Ри, как же мне было туда не поехать. Это снова он! Мрачный Жнец! Это он убил этих двоих в карьере. На том же самом месте, где нашли Джулию Киднер!

Честно говоря, я была немного разочарована прозвищем, на котором она в итоге остановилась.

– Как-как ты его называешь? Жнец?

– Ну да! Я обсудила это с Лайнусом и Клавдией, и они сказали, что для нашей местности это вполне годится. Ну, знаешь, тут ведь столько ферм вокруг. Жнец собирает урожай…

– Да-да, я знаю, кто такой жнец, – сказала я, задвигая ящик с файлами. – Что же, и в полиции подтвердили, что это он?