Онлайн книга «Дорогуша: Рассвет»
|
Он улыбнулся, глядя в море. – Я в этих интернет-затеях ни черта не смыслю. Хорошо бы дом уже начал приносить какие-то деньги, чтобы у банка не было к нам вопросов. Ага, если Джим и способен наврать с три короба, то вот они – эти короба. С тех пор как я поселилась в доме у Джима, одним из главных моих открытий стало то, что денег у него просто хоть ЖОПОЙ ЖУЙ. Недвижимости – целое неслабое портфолио. Это еще одно его хобби: скупать всякую дрянь и превращать ее в элитное жилье, за которым все будут охотиться. Я рылась в его банковских выписках. В данный момент у него в работе три проекта: квартира на Крессуэлл-террас, где в пол вплавился какой-то нарк, дом с пятью спальнями на Темперли под названием «Отдых рыцаря», где сумасшедший прошлый владелец хранил несколько сотен лотков из-под мороженого, наполненных его собственным дерьмом, и загородный домик под названием «Дом с колодцем» на Клифф-роуд, в котором только-только закончился ремонт. Долгие годы в домике собирались местные подростки – потрахаться и побить бутылки. Джим попросил меня выставить его «в онлайн» – теперь, когда он наконец готов для сдачи в аренду отпускникам. Беда Джима в том, что он мне доверяет. А я, будучи тем, кто я есть, это доверие не оправдываю. Я действительно выставила дом на «Эйрбиэнби», но, как только покажу его Джиму, объявление тут же удалю. Я решила, что мне Дом с колодцем нужен самой – он будет моим убежищем. Местом, куда можно поехать, когда захочется поесть и спрятаться от увлекательных фактов Элейн о том, что горячие ванны могут вызвать выкидыш, а у матерей с лишним весом чаще рождаются дети с аутизмом. – Элейн говорит, вы повздорили из-за твоего игрушечного домика. Я села рядом с Джимом на камень пониже. – Из-за загородного делюкс-отеля, да. – Ты слегка переборщила, правда? – Нет. – Рианнон, она ведь там просто наводила порядок. – Я НЕ ХОЧУ, ЧТОБЫ ТАМ НАВОДИЛИ ПОРЯДОК. – Ну хорошо, хорошо. Господи, гормоны сегодня, я смотрю, разыгрались не на шутку, – сказал он и рассмеялся. Реально – рассмеялся. Я посмотрела на него с яростью. – Вы не понимаете. – Чего не понимаю? – После Прайори-Гарденз меня отправили в детский реабилитационный центр в Глостере. Это был кошмар. Там воняло цветной капустой и говном. Мне было очень одиноко. Однажды мои папа и сестра выступали по телевизору в утреннем шоу, чтобы рассказать о том, как идут дела и как я поживаю. Серен среди прочего упомянула, что мне нравятся «Сильваниан Фэмилис». И мне их стали присылать – много-много. Мне прислали все виды магазинчиков и всех животных. Серен привозила их мне, чтобы я могла поиграть. Игрушки, которые нам давали в реабилитационном центре, были погрызенные или грязные, а эти – новенькие и мои собственные. С помощью Сильванианов я заново научилась говорить. Заново научилась держать вещи в руках, крепко хватать. Никому не понять, как они мне тогда помогли… – Можешь не продолжать… – …и никому не дозволялось к ним прикасаться, кроме Серен, и она знала, что ей можно играть с ними только вместе со мной. Я гладила себя по верхней губе ушками кролика и сосала его одежду. Не знаю зачем, просто нравилось. Мама вечно ворчала – говорила, что игрушки из-за этого воняют. Говорила, что это какой-то детский сад. Даже в двенадцать лет я все еще в них играла. А однажды пришла домой после школы и увидела, что они все исчезли. |