Онлайн книга «Мракобесие и отвага»
|
Ну а потом мы прибыли к месту назначения, где я и стал свидетелем немой сцены. А также убедился, что снова оказался прав: деньги — это всего лишь деньги. А вот охреневшая рожа нашего наставника — бесценна! Впрочем, надо отдать ему должное — с Борюсиком он тоже поручкался на полном серьёзе, не спасовав перед габаритами тролля. Ну а затем, отступив от нас на пару шагов — надо полагать, чтобы рекрут Бурдюк целиком попадал в поле зрения — плавно перешёл от процедуры приветствия к процедуре знакомства: — Салют-нах, салаги! Меня зовут Гришнак Кривоносый, и я полицейский! Мы с Борюсиком переглянулись и одновременно заржали. — Чёт-ять я не понял-нах! — набычился снага. — Это, типа, смешно-врот? В натуре! — Вашбродь, никак нет, вашбродь! — с трудом сдерживая ухмылку, заверил я. Ну что я могу поделать, если у него вид такой? Плюс фразочка ещё эта! «Привет, я Гриша, и я алкоголик!» С-сыбаль! Опять ведь сейчас сорвусь!.. — А может, и не сработаемся-нах! — скорчил грозную рожу Гришнак. И рявкнул: — Должность! Позывной! Задание! — Вашбродь! Рекрут Борюсик, патрулирование Муранского бора, однако! Вашбродь! — Вашбродь, рекрут Петрушка, патрулирование Муранского бора, вашбродь! Чего⁈ Вахмистр Сохатый — знаете, какой он… убедительный⁈ Уже в подкорку вот это вот всё въелось. А ведь всего лишь неделя учебки миновала! Может, и не зря его лучшим специалистом в своём деле считают? Может, есть на то некие, кхм, основания?.. — Петруха-нах? — Вашбродь, никак нет, вашбродь! Рекрут Петрушка! — Приправа-врот? — скаламбурил Кривоносый. Реально кривоносый, кстати — я только сейчас обратил внимание, что обонятельный орган у нашего наставника свёрнут набок. Видимо, ещё в детстве сломали, а потом он так и сросся. Он мне этой своей особой приметой даже кого-то напоминает. Из той, земной, реальности. Какого-то нашего боксёра, одно время чемпиона мира. Фамилия у него птичья… дай бог памяти… нет, не вспомню! В тельняшке ещё на поединки выходил! А, пофиг! — Вашбродь, никак нет, не приправа! Вашбродь! — А-а-а!.. А звать-то как? — Вашбро… — Эй, задрал-нах уже! Нормально отвечай, в натуре! — Ваш… э-э-э… ладно! Клим Вырубаев. — А-врот?.. — Его благородие вахмистр Сохатый позывной присвоитьизволили-с. Типа, шутить люблю. — А-ять! Это он запросто! — покивал Гришнак, задумчиво поджав нижнюю губу. — А ты, синий? — Однако, рекрут Борюсик! — Накосячил⁈ — Наставник наш от удивления даже про извечный снажий акцент забыл, до того его поразил позывной троллины. — Тоже Сохатый обозвал? — Так-то он, — кивнул Борюсик. — Но я не косячил. Оно само, однако! — А в натуре как звать? — Рекрут Бурдюк! При рождении наречён Хуехуетлем! — Ху… — подавился Кривоносый. — Ять! Ладно, уважим-нах Якимыча! Борюсик, значит, Борюсик! — Нормально, так-то, — и не подумал спорить вышеозначенный. — Пацаны, ять! Слушай задачу! — перешёл к конкретике наставник. — Сегодня-нах патрулируем массив в квадратах с «эс-один» по «эс-четыре»! Наша-врот зона ответственности — от этих ворот, ять, и дальше на запад, до угловых. Перемещаемся исключительно по дорожкам, обеспечиваем общественный порядок! В переговоры с посетителями и прочими праздношатающимися не вступаем! Наша смена — четыре часа-нах! Вопросы? — А что конкретно делать, господин Гришнак? Так-то, я готов! |