Книга Меньшее из зол, страница 111 – Александр Быченин

Зато в игре всё шло своим чередом: в конце концов Алвир был повержен, почти мгновенно растащен на сувениры и трофеи, и вся наша развесёлая толпа (за исключением тех, кто умудрился вайпнуться, был воскрешён соответствующими специалистами и теперь восстанавливал запасы маны, здоровья и выносливости) ломанулась на выход из ущелья. Интересно же, что там дальше!

А дальше… дальше оказался surprise, motherfuckers! Во-первых, всем участникам рейда прилетела ачивка «Рекордсмен», а вслед за нею — «Первооткрыватель», а во-вторых, взорам нашим была явлена… наиклассическая обитель Властелина Тьмы! Хрестоматийного, типа того же Саурона. Я даже немного разочаровался в нарративных дизайнерах и сценаристах «Метелицы»: ну что это такое, обозвать логово самого страшного монстра во всей игре банальной… Серой башней⁈ Нет, оно на латинице довольно прикольно смотрится, да и закос под архаику — «Вежа сѣрыя» — тоже ничего себе так, но… проявили бы фантазию, в конце-то концов! Или это не к ним претензия, а к пресловутому саморазвивающемуся алгоритму? Который, как внезапно выяснилось, ещё и Морозко, то бишь управляющий искин? Ладно, пофиг! Главное, что до крепости ещё довольно далеко. И не просто далеко — она на острове высится. Нет, не на Буяне. Остров почему-то назывался Оборотень — видимо, намёк на то, что всё не то, чем кажется. А торчал этот клочок суши посреди обширного озера По́минь, что, если не ошибаюсь, на старославянском означает «память». Единственное, что вселяло хоть какую-то надежду на благополучный исход нашей авантюры — наличие моста. Нет, не так! Моста! С большой буквы «М»! И на нём — Врата! С той стороны, что на острове. А с нашей — так, воротишки. И мобы! Толпы мобов! Море мобов! Прямо как у горы Ородруин, когда последний раз сборная людей и эльфов играла против урков на их поле. Тьма тьмущая, короче. И нас в общей сложности пять сотен. Всего, ять, пять сотен!

Впрочем, никого, кроме меня, сей факт не смутил, и уже минут через пятнадцать, зализав раны и перестроив порядки под новую задачу, мы приступили к штурму моста.

Помните мою фразу, с которой я начал сие печальное повествование? Да, дела шли хорошо. Слишком хорошо. Закованные в броню воины ближнего боя врубились в плохо организованную толпу мелких мобов, и прошли сквозь неё, какгорячий нож сквозь масло. К предмостовым вратам мы прорубились минут за десять, не больше, так что даже командованию пришлось взять ноги в руки и поторопиться вслед за передовыми отрядами. А ещё через двадцать минут мы все, сколько нас было, втянулись на мост… и попали в классическое окружение. Правда, Шварц предложил оставить в арьергарде заслон, чтобы не пускать к нам в тылы бесчисленные орды мелочи, но остальные с ним не согласились. В результате весь рейд собрался в единый кулак, сформировал что-то типа рыцарского строя «свиньёй», и попёр дальше, к острову. Фиг с ним, что путь к отступлению отрезан! Отступать мы в принципе не собирались. А значит, только вперёд! Ни шагу назад! В первый полёт! Ну и так далее. И какое-то время данная тактика работала, и работала весьма успешно — мы медленно, но верно, преодолевая упорное сопротивление многочисленных элитников, продвигались к Мостовым Вратам. И преодолели две трети пути, когда таки началось.