Книга Хозяин острова Эйлин-Мор, страница 32 – Сергей Мельников

– Нет-нет-нет.

Он попытался встать, но ни руки, ни ноги его не держали. Мое сердце разрывалось от жалости, но все, что я мог, – это бесславно сгинуть в яме, а это не облегчит участи несчастного. Я отступил на шаг.

Хозяин вынырнул по грудь. Его рука медленно и неумолимо опустилась на грудь матроса и припечатала его к камню.

– Уходи, – прорычал Хозяин.

Я не стал испытывать его терпение. Несколько часов я провел в своей пещере, зажимая уши руками, но они не могли сдержать бесконечный вопль боли. Когда все стихло, настала очередь Маршалла. Молодая женщина, которую он нес, мать спасенной девочки, оказалась мертва.

Май, 1902 год.

Теплое течение сносило меня к песчаному пляжу Мангерсты, шевелиться было лень. В полумиле, ближе к берегу, темнели днища рыбачьих лодок. Я заметил большую стаю макрели и пуганул глупых рыбех. Словно морская гончая, погнал косяк прямо в сети. Знатный улов сегодня будет у рыбаков Мангерсты – подарок от Дона МакАртура, без вести пропавшего смотрителя маяка.

В этот день Белой Пятницы[7]я был беспечен и счастлив и даже ненадолго забыл, кто я есть, забыл про кровь десятков невинных людей, брошенных мною в пасть ненасытного чудовища. Мучительную гибель многих из них я видел собственными глазами. Я должен был смотреть и не показывать, как омерзительно и невыносимо мне это действо. Память об этом коркой засохшей крови стягивает душу. Я безмерно завидую Нэрну, у которого ее нет. Этот человек не стал монстром, а, напротив, вернул здесь свой истинный облик и наслаждается каждым мигом нового бытия. Могу только догадываться, чего ему стоило там, на земле, прятать от всех свою истинную сущность…

Я дрейфовал, лежа на спине, под днищами рыбацких лодок, изредка и без труда уворачиваясь от сетей. Сквозь тихий шепот волн и крики чаек, кружащих над полными рыбы лодками, пробился голос Роя, моего зятя. Я услышал, как он кричит кому-то из рыбаков, что уходит в Сторновей на шхуне Логана. Значит, Шинейд с Шоном сегодня ночью останутся одни, и я смогу еще раз увидеть внука. Сбросив беспечность, я камнем, выпущенным из пращи, полетел к своему тайнику.

Как-то раз в скалах Сгир Томейна я нашел крошечный грот и превратил его в сокровищницу. Словно сорока, падкая на блестящее, я стаскиваю туда все ценное, что нахожу на дне. Есть там и украшения с бедных женщин, закончивших свою жизнь в желудке Хозяина. Золото не имеет для охотников никакой ценности, оно валяется в песке, никому не нужное, и когда все спят, я подбираю его и уношу к себе. Уже сейчас моих сокровищ хватит не на одну долгую и безбедную жизнь. Когда Шон подрастет, я придумаю, как передать ему свое богатство.

В гроте я взял еще одну крупную золотистую жемчужину и осторожно выглянул наружу. Долго прислушивался, но море было тихим и пустым. Я выбрался из пещеры и, стелясь по дну, поплыл в сторону Мангерсты. Где-то на полпути слева появилась смутная тень. От нее пахло кровью и виной, и я сразу понял, кто это: мой спаситель и губитель, юный Томми Маршалл. Я сбавил ход, чтобы он смог меня догнать, – плавает он теперь намного медленнее: с последней охоты принес мертвую женщину.

Мы стояли полукругом перед Хозяином, задрав головы. Каждый из нас был ему по колено. Тело мертвой женщины лежало на песке, придавленное его ступней. Он неотрывно смотрел на Томми, а Томми, не мигая от ужаса, глядел в его холодные глаза.