Книга Парс Фортуны, страница 100 – Оксана Есипова

– Блонди – не кошка!

– Да, – согласилась Нина, сделавшись ещё грустнее и, как мне показалось, отдаляясь от меня, – но и не человек. Она призрак. Нравится тебе это или нет.

– Ничего не понимаю. Это невозможно. В моей памяти не осталось ничего. Если у нас была такая сильная связь, я должен был вспомнить, что знал Блонди, когда вновь её встретил.

– Ты забыл? Твою силу заморозили. И способность видеть призраков исчезла. А вместе с ней и воспоминания о Блонди.

– Но я же её увидел! И должен был вспомнить в этот момент. Сила потихонечку поднимала голову, а воспоминания – нет?

– Я не знаю, как это работает! Но, очевидно, когда вы общались в детстве, всё было иначе.

– Но зачем вы вообще позволили нам общаться?

– Не забывай, я сама была ребёнком и не помню эту историю. Вчера услышала её от Радды Ивановны. И что значит «позволили»? Вы никого не спрашивали.

– Но как? Даже сейчас, чтобы слышать и говорить с Блонди, мне было нужно твоё, а затем и её разрешение. Зачем такое разрешение давать мальчику, который скоро перестанет видеть призраков?

– Детям не нужны разрешения. Они делают что хотят. Тем более дети с сильным даром. Когда взрослые хватились, было поздно.

– Но почему ты решила рассказать мне это именно сейчас? В тот момент, когда мы… Между прочим, спрашивал тебя несколько раз, почему Блонди пристрастна! В ответ были одни отговорки.

Нина скрестила руки на груди. Что ж я за идиот, всё порчу. Но мне было очень важно понять, что происходит. И на каком-то уровне понимал, что для этого и Нина завела этот разговор. Только выяснив всё, мы могли двигаться дальше.

– Потому что маленькая влюблённая Блонди закидывала всех цветами. Это была её фишка. Тогда, в детстве. И вот это помнила и я. Только не знала, что это было связано с тобой. А когда силу заблокировали и ты всё забыл, она больше никогда так не делала. До сегодняшнего дня.

– Но тогда… Это жестоко! Может, у неё остались чувства? А когда в парке ты поцеловала меня, чтобы она заревновала и появилась…

– Ты и правда считаешь меня такой чёрствой? – Ведьма упёрла руки в бока, и я понял, что дело плохо.

В ближайшее время не то что поцелуев не будет, ноги бы унести подобру-поздорову. Я помотал головой, в очередной раз проклиная себя за длинный язык без костей.

– Повторяю, – устало произнесла Нина и отвернулась: видимо, ей было неприятно даже смотреть в мою сторону, – я услышала историю целиком только вчера. Когда ты появился у нас в квартире, Блонди тобой заинтересовалась. Это было заметно. Но точно так же она интересовалась и другими, а потом остывала. Призрак умолял меня помочь тебе. Я посчитала это обычным капризом и интересом к симпатичному парню. Но потом Блонди сбежала, чтобы тебя предупредить. Подумала, что если эффектно это обставит, то ты послушаешь её и не пойдёшь по поручению, которое она посчитала опасным.

Я вспомнил чернобрового, белозубого продавца шаурмы и улыбнулся. И правда, получилось эффектно.

– В парке я поцеловала тебя не для того, чтобы вызвать её ревность, – продолжала ведьма, – чтобы она из чувства противоречия не дала нам уединиться. Я думала, у неё мимолётный интерес!

– А сегодня?!

– Не сегодня, вчера. Узнав полный вариант истории, первым делом с Блонди поговорила. Она сказала, что всё понимает. И знает, что вы не можете быть вместе, а потому любит тебя сестринской любовью. И ещё она сказала, что видит, как ты смотришь на меня. И рада этому.