Книга Зов орды, страница 91 – Эд Кузиев, Виталий Хонихоев

Таверна была украшена к случаю. Бумажные фонарики красного цвета, алые цветы на столе. Столь важная в культуре всех китайцев чайная церемония. Какого было удивление Ляосянь, что присутствовали не только ее братья, а также учитель кудесника, начальник охраны и пятнадцать наемников. Отдельно стоит упомянуть уличных музыкантов и танцовщиц, что развлекали гостей.

Ли Вэй, на правах старшего, легко поднялся, встречая процессию, его примеру последовали остальные. Музыка стихла, когда Мастер земли передал первую пиалу для невесты. Налив вторую, он начал переглядываться с учеником, непонимая, кто же избранник.

— Сестра, ты сделала выбор? — громко спросил Ханой.

Пунцовое от смущение лицо отлично акцентировало красное платье. Девушка смутилась еще больше, когда ей на руку навязал белую ленту Ханой. Шутя оттолкнув кнута в сторону, следом повязал свою красную ленту Максуд. С улыбкой подскочил Семрин, украсив запястье поверх синей. Батыр сосредоточено поправил все ритуальные полоски ткани, подтянул узлы. Вынул из-за пазухи зеленый лоскут, позже закрепив на запястье, стараясь, чтобы концы были одной длины. Краснея не меньше невесты, Госра повязал желтую под одобрительный кивок Ляо Вэя.

Лишь только братья скрепили свое пожелание, а уж невеста не отвергла ленты, значит брак под небом и на земле был заключен. Но у варваров была еще и своя традиция. Черный петух, живая рыба и маленький барашек под улюлюканье и одобрительные выкрики были принесены в жертву, окунув пальцы поочередно в кровь птицы, рыбы и животного, Ханой нанес точки на тыльную сторону ладони всем причастным. Теперь и в воде, и на земле, и в небе есть кровные свидетели их союза.

— Хатан сүйх*, как знак общего дела и стремления к единству, — с этими словами Ханой одел кольцо на тонкий палец с обгрызенным ногтем. — Мы, братья Шара-Мурэн* берем в жены Ляосань из дома Чу Джоу в жены. (обручальный перстень. Желтая река)

— Я, Ляосянь из дома Чу Джоу, принимаю приглашение.

— Пусть у вас будет полное одеяло детей! — громко произнес Цао Фань. Удивленные братья склонились перед важными для их родины словами.

Следом шестеро связанных судьбой принимали поздравления и скромные подарки, пили чай и вкушали столь желанное братьями мясо. А до Ляосянь из дома Шара-Мурэн только к вечеру начал доходить смысл такого необычного выбора. Клятва на крови для кочевников была выше, чем свадебные узы. Делить сестру между собой троица не стала, так как никто, исключением разве что Госры и ранее женатого Семрина, не готов был уступать. Да и новый дом по названием из-за Желтой реки, был пока без стен, земли и крыши.

— У меня есть небольшое приданное, — давясь от слов, произнесла невеста. Поднявшись, развернула спрятанную в поясе тряпицу. На красном полотне красовался необычный дракон с лапами, как у птицы, костяным гребнем по хребту и двумя крылами.

— Язык его, какстрела. Когти сродни мечам. Пламя из пасти есть дар. Взгляд острее копья, а хвост, словно хлыст. Имя его Зилант. Нет от него спасения врагам ни на земле, ни в воде, ни по воздуху.

— Наше дерево желаний подарила боевой стяг! — прокричал Максуд, намекая на повязанные на запястье цветные ленты, тотчас поднялся гомон и крики, ведь собственный вымпел это признание! Разошлись поздно вечером, оставив остатки торжества вечно голодным музыкантам. Если Госра и Ляо Вэй ушли в школу, то все остальные вернулись в дом Большого Бо.