Книга Протокол «Изнанка», страница 125 – Виктор Корд

— Идем, — сказал я команде. — У нас много работы.

Мы пошли прочь от края, вглубь строящегося Некрополиса.

Я чувствовал, как Семя в груди пульсирует в такт моим шагам.

Враг был внутри.

И это значило, что я никогда не буду одинок.

Некрополис рождался не из камня и раствора, а из мусора и надежды.

Я стоял на краю платформы, глядя вниз, на копошащийся внизу муравейник. Мои «Куклы» таскали балки, мутанты Лилит рыли котлованы, люди (те, кто выжил и присягнул мне) варили металл.

Всё это двигалось, дышало, скрипело.

Но я слышал не только звуки стройки.

Я слышал их мысли.

Не ясно, как в Нексусе. Глухо, как сквозь толстое стекло.

«Холодно…»

«Есть хочу…»

«Барон нас спасет…»

«Барон нас продаст…»

Это был шепот Семени. Паразит в моей груди подключился к коллективному бессознательному кратера. Он пил их эмоции, как сок через соломинку. И делился со мной.

— Громко, — поморщился я, потирая грудь. Метка под рубашкой пульсировала теплом.

— Что громко? — спросила Анна. Она сидела рядом, чистя свой меч. После боя в Соборе лезвие потускнело, но теперь, вблизи Обелиска, оно снова начинало светиться.

— Голоса. Я слышу их страх. Он… вкусный.

Анна замерла. Её рука легла на эфес.

— Виктор?

— Спокойно, Инквизитор. Я не собираюсь никого жрать. Просто констатирую факт. Мой новый «пассажир» — гурман.

Я поднял руку.

Попытался призвать свет. Обычный [Светляк], чтобы проверить канал.

Но вместо белого шарика на ладони возник сгусток черного пламени.

Оно не грело. Оно высасывало тепло из воздуха.

Вокруг пламени плясали фиолетовые молнии.

— Тьма, — констатировала Анна. — Чистаяэнтропия. Ты теперь некромант в квадрате.

— Я — универсал, — я сжал кулак, гася пламя. — Я могу лечить, могу убивать. Инструмент не важен. Важна рука хирурга.

Ко мне подошла Алиса.

Она держала планшет.

— Данные с Обелиска, — сказала она. — Вольт просит аудиенции. Виртуальной.

— Подключай.

Над моей рукой развернулась голограмма.

Голова Вольта. Только теперь она была не человеческой, а стилизованной под низкополигональную модель из старых игр.

— [Здарова, Босс! Как там в реале? Гравитация не жмет?]

— Жмет, Вольт. Особенно в груди. Что у тебя?

— [У нас новости. Хорошие и плохие. С какой начать?]

— С плохих. Я люблю десерт оставлять на потом.

— [Плохие: Семя в твоей груди — это не просто бэкап Пророка. Это… маяк. Оно фонит на частотах, которые мы не можем заглушить. И этот сигнал идет не наружу. Он идет ВНИЗ. В глубину Изнанки.]

— И кто его слышит?

— [Те, кто живет глубже Пророка. Левиафаны Бездны. Уроборос. Пока они спят. Но если ты начнешь активно юзать Семя… они проснутся. И тогда постучат снизу.]

— Значит, я — ходячий звонок в дверь. Отлично. А хорошие новости?

— [Хорошие: Мы взломали базу данных Пророка. Ту часть, что он украл у Предтеч. Там есть чертежи. Схемы. Технологии, о которых Империя даже не мечтает. Био-реакторы, генераторы щитов, синтезаторы материи.]

Вольт хихикнул (звук глитча).

— [Босс, мы можем построить здесь не просто город. Мы можем построить Утопию. С блэкджеком и бессмертием.]

— Утопию мы уже видели, — мрачно сказал я. — В голове у Пророка. Мне не нужна утопия. Мне нужен форпост.

Я посмотрел на Анну.

— Ты говорила, что Империя боится Гнили.

— Она её ненавидит.

— А что, если мы предложим им не войну? А товар?

— Какой товар?

— Энергию.

Я кивнул на Обелиск.