Книга Диагноз: Смерть, страница 164 – Виктор Корд

Я развернулся к столу.

— Мне нужен план штурма. Не обороны. Штурма.

— Ты хочешь атаковать их? — Волков поперхнулся дымом. — Их там полк!

— У нас есть преимущество, которого нет у них.

— Какое?

— У нас нет инстинкта самосохранения. И у нас есть три тысячи камикадзе, которых я могу бросить на этот щит, чтобы перегрузить его.

Я посмотрел на Веру.

— Готовь «Винторез». Твоя цель — не солдаты. Твоя цель — жрецы, которые питают этот алтарь. Как только щит мигнет — ты должна снять оператора.

— Поняла.

— Вольт, мне нужен канал связи с Легионом. Прямой. Я буду управлять боем с крыши.

— Сделаю. Но тебя накроет откатом.

— Плевать.

Я вышел на балкон.

Ветер ударил в лицо. Холодный, сырой ветер, пахнущий озоном и ладаном.

Внизу, на площади, Легион поднял голову.

Его красные глаза встретились с моими.

«ОТЕЦ… СВЕТ ЖЖЕТСЯ…»— его мысль прозвучала в моей голове болезненным скрежетом.

— Терпи, сын, — прошептал я. — Сейчас мы погасим этот свет. Навсегда.

Я поднял руку.

Рой внизу вскинул оружие.

Лязг тысяч затворов слился в один звук.

Звук начала конца.

Это было похоже на то, как мотыльки летят на костер. Только мотыльков были тысячи, и они были размером с человека.

Первая волна Роя врезалась в невидимую стену Святого Поля в пятистах метрах от Алтаря.

ПШ-Ш-Ш-Ш!

Звук был таким, словно раскаленную сковороду сунули под струю холодной воды.

Белое сияние вспыхнуло, ослепляя камеры наблюдения.

Когда «зайчики» в глазах прошли, я увидел последствия.

Первые ряды нападавших исчезли.

Они не упали. Они распались на атомы. Святая энергия выжгла некротику, которая поддерживала жизнь в «Куклах», и их тела просто рассыпались серым прахом, который тут же уносило ветром.

— Вторая волна! — заорал я в гарнитуру, перекрикивая вой сирен. — Не останавливаться! Давить массой!

Легион внизу, на площади, взревел.

Его крик был полон боли. Через ментальную связь я чувствовал то, что чувствовал он.

Каждая смерть «Куклы» отдавалась в моем мозгу уколом иглы. Тысяча смертей — это тысяча игл.

Моя голова раскалывалась. Из носа хлынула кровь, заливая подбородок.

Но я держал концентрацию.

[Мана: 15/100. Расход на ментальный контроль.]

Вторая волна перешагнула через пепел первой.

Они прошли на метр дальше.

И снова вспышка. Снова прах.

Щит Алтаря работал как мясорубка. Он перемалывал органику, превращая её в энергию распада.

Но любой механизм имеет предел прочности.

Я видел через бинокль, как кристаллы на установке Гильдии начинают менять цвет с золотого на багровый.

Жрецы-операторы в белых рясах, стоящие вокруг Алтаря, шатались. Из их ушей текла кровь.

Они тратили свою жизненную силу, чтобы поддерживать барьер под такой нагрузкой.

— Они греются! — крикнул Вольт, следящий за тепловой картурой. — Температура ядра Алтаря растет! Они не успевают рассеивать энтропию смерти! Док, еще сотня трупов — и они закипят!

— Легион! — я послал ментальный импульс. — Бросай в бой «Тяжелых»!

— ОНИ… МОЯ… СЕМЬЯ… — пророкотал голос монстра в моей голове. В нем было сомнение.

— Они — патроны! Огонь!

Из-за спин обычной пехоты вышли «Тяжелые».

Бывшие грузчики, спортсмены, охранники. Те, кого мы вооружили трофейными бронежилетами и щитами.

Они разбежались и прыгнули прямо в сияющую стену.

Удар.

Щит прогнулся.

Он не сжег их мгновенно. Их масса, их броня и их инерция позволили им пробить внешний контур.