Онлайн книга «Код доступа»
|
Глава 6. Коммерческое предложение Утро началось не с кофе и даже не с бодрящей пробежки, а с ощущения, будто меня переехал асфальтоукладчик, причем дважды. Новое тело, непривычное к боевым перегрузкам, мстило за вчерашнее буйство в ангаре. Мышцы ныли, мана-каналы, которые я перегрузил во время модификации «Богатыря» и последующей драки, отзывались тупой, тянущей болью где-то в районе позвоночника. Я открыл глаза. Потолок подсобки был серым, в пятнах сырости. Мы с Ингой так и уснули в ангаре, на куче ветоши, брошенной на деревянные паллеты. Она спала, свернувшись калачиком в своем замасленном комбинезоне, подложив руку под щеку. Рыжие волосы разметались, скрывая лицо. Во сне она выглядела беззащитной, совсем не той фурией, что вчера готова была бить морды старшекурсникам разводным ключом. [Системное сообщение: Восстановление био-энергии завершено на 68 %.] [Внимание! Уровень глюкозы критический. Требуется калорийное питание.] [Статус репутации: Нестабильный.] Я осторожно встал, стараясь не скрипеть суставами. Рядом, на верстаке, лежал тот самый ключ, с которым Инга не расставалась, и останки моего вчерашнего триумфа — дымящийся, остывающий остов шагохода. В кармане пиджака, который я повесил на гвоздь, завибрировал телефон. Старый, дешевый аппарат с трещиной на экране. Сообщение от администрации лицея. > «Студент Бельский. Вам предписано немедленно явиться в кабинет директора. Время: 09:00. Неявка будет расценена как нарушение Устава и повлечет отчисление.» Я усмехнулся. Ожидаемо. Система реагирует медленно, но неизбежно. На часах было 08:40. — Подъем, Инга, — я легонько потряс её за плечо. — Нас ждут великие дела. И, возможно, расстрельная команда. Девушка резко села, моргая. Рефлексы у неё были что надо. — Что? Кто? — она огляделась, потом сфокусировалась на мне. — Макс… Мы еще живы? — Пока да. Но директор Самойлов жаждет общения. Собирайся. Нам нужно выглядеть победителями, а не жертвами. Коридоры административного корпуса лицея «Заря» напоминали декорации к фильму про бюрократический ад. Дешевый линолеум, портреты Императора на стенах, запах хлорки и безнадежности. Студенты, попадавшиеся навстречу, шарахались от меня, как от прокаженного. Слухи распространяются быстрее вируса. «Смотри, это Бельский…» «Говорят, он вчера Шуйского чуть не убил…» «Псих…» Страх. Это хорошо. Страх — это валюта, которая котируется везде. Секретарша в приемной, женщина с прической-башней и взглядом цербера, даже не успела открыть рот, как я прошел мимо неё и толкнул дверь кабинета. Кабинет директора Самойлова был обшит пластиком «под дуб». Сам хозяин кабинета — тучный мужчина с красным, пористым лицом и бегающими глазками — нервно перебирал стопку бумаг. Рядом с ним, опираясь на трость, стоял начальник службы безопасности лицея, хмурый отставник с печатью алкоголизма на лице. Когда я вошел, повисла тишина. Они смотрели на меня не как на студента, а как на гранату с выдернутой чекой. — Бельский, — начал Самойлов, даже не предложив сесть. Голос его срывался на визг. — Вы хоть понимаете, что вы натворили? Вы уничтожили казенное имущество! Вы устроили массовые беспорядки! Вадим Шуйский в лазарете с нервным срывом и магическим истощением! У Борисова сломаны три ребра! Родители уже звонили! Я спокойно подошел к стулу для посетителей, отодвинул его и сел, закинув ногу на ногу. Интерфейс подсветил пульс директора — 120 ударов. Он был в панике. |