Книга Код доступа, страница 103 – Виктор Корд

— Покойся с миром, Глава Рода.

Выстрел.

Громада Стража окончательно обмякла. Свет в лаборатории мигнул и загорелся ровным, белым аварийным светом. Система признала смерть предыдущего администратора и передала права новому.

Я подошел к постаменту. Черный Куб парил в воздухе.

Я протянул руку.

Кольцо на моем пальце и Куб притянулись друг к другу, как магниты.

ЩЕЛК!

Куб распался на сегменты, уменьшился, свернулся в сложную геометрическую фигуру и влился в камень кольца.

Теперь на моем пальце был не просто артефакт. Там была схема управления реальностью.

[Система: Получен предмет «Ключ Доступа» (2/3).]

[Статус: Синхронизация 66 %.]

[Внимание! Обнаружен мощный внешний сигнал.]

Стены лаборатории дрогнули. С потолка посыпалась пыль.

— Что происходит? — Клин тревожно огляделся, держась за ушибленный бок. — Мы что-то сломали? Дом рушится?

— Нет, — я посмотрел на голографическую карту, которая автоматически развернулась над постаментом. — Это не мы. Это началось снаружи.

На карте Москвы, в районе поместья Бельских, расплывалось огромное, пульсирующее фиолетовое пятно. Оно накрывало собой весь юго-запад столицы.

— Отец, — прошептал я. — Он понял,что мы здесь. Он почувствовал активацию Ключа. Он перестал скрываться. Он активировал Купол.

Я посмотрел на своих спутников.

— Хватайте всё ценное из лаборатории. Чертежи, диски, прототипы. У нас пять минут. Потом этот дом самоуничтожится, чтобы не достаться врагу — таков протокол смерти Стража.

— Мы уходим. Война началась.

Мы бежали к выходу, а за нашими спинами рушилась история, чтобы дать дорогу будущему.

Выход из Серой Зоны напоминал бегство с тонущего космического корабля, у которого отказали гравитационные компенсаторы. Пространство за нашими спинами не просто рушилось — оно сворачивалось.

Особняк Волковых, потеряв своего Стража и Ключ, активировал протокол самоликвидации. Но это был не взрыв. Здание начало схлопываться внутрь себя, превращаясь в точку сингулярности. Камни, стекло, мебель — всё это затягивалось в черную воронку, оставляя после себя лишь пустоту.

— Быстрее! — орал я, затаскивая Ингу в кузов нашего бронированного «Урала». Она прижимала к груди жесткий диск с данными из лаборатории так, словно это был её ребенок.

Клин уже сидел за рулем. Двигатель грузовика ревел, чихал и глох — законы физики здесь, на границе распадающейся Зоны, работали через раз. Искры зажигания то вспыхивали, то гасли.

— Давай, родная! — рычал сержант, ударяя кулаком по приборной панели. — Не время для капризов!

Двигатель, словно испугавшись его гнева, взревел ровным басом. Колеса, обутые в вездеходную резину, вгрызлись в мокрый, «плывущий» асфальт. Грузовик рванул с места, подпрыгивая на корнях, которые вылезали из земли, пытаясь схватить нас за оси.

Аномалии, которые на пути сюда были пассивными, теперь взбесились. Гравитационные ямы возникали прямо перед капотом. Воздух сгущался в линзы, преломляющие свет так, что дорога казалась уходящей в небо.

— Держись правее! — крикнул я, глядя на показания сканера. — Слева «Холодец»! Там кислотная лужа размером с озеро!

Клин выкрутил руль. Грузовик занесло, борт ударился о невидимую стену уплотненного воздуха, высекая искры. Мы пролетели в метре от лужи, от которой поднимался ядовито-зеленый пар.

Через десять минут безумной гонки лес начал редеть. Черные, скрюченные деревья уступили место обычному кустарнику. Туман рассеялся.