Книга Протокол «Вторжение», страница 68 – Виктор Корд

— Это карта боев, — мрачно ответил я. — Смотрите на расстановку.

Синие метки — верные Императору части Гвардии. Они были зажаты в кольцо вокруг Кремля и нескольких ключевых баз.

Красные метки — войска Меньшикова и… неизвестные подразделения.

— Кто это? — я указал на скопление серых маркеров в районе Останкино и Москва-Сити.

— Дроны, — сказала Инга, анализируя сигнатуры. — Тысячи дронов. Это не имперские модели. Это… наши?

Я присмотрелся.

Нет. Это были не мои Синтеты. И не азиатские треугольники.

Это были гибриды. Городская техника — полицейские роботы, строительные экзоскелеты, даже автоматические такси — всё это было взломано и превращено в армию.

— Вирус, — констатировал я. — Отец выпустил его в сеть. Вирус захватил городскую инфраструктуру. Теперь каждый тостер в Москве — солдат Бездны. Меньшиков думает, что управляет ситуацией, но на самом деле он просто открыл клетку.

— Макс, смотри сюда, — Катя указала на юго-восток.

Там, в промзоне Капотни, светилось огромное пятно активности. Тепловой след зашкаливал.

— НПЗ? — предположил Клин.

— Нет. Там что-то строят.

Я увеличил зум. Спутник послушно сфокусировал камеру.

Среди труб нефтеперерабатывающего завода, под прикрытием смога, возводилась конструкция. Гигантская вышка. Она напоминала иглу, направленную в небо. Вокруг неё суетились сотни роботов.

— Излучатель, — понял я. — Антенна.

— Зачем? — не поняла Рысь.

— Чтобы передать сигнал, — ответил я, чувствуя, как холодеет внутри. — Азиаты на Урале хотели использовать Лифт как антенну. Мы им помешали. Теперь Вирус строит свой собственный передатчик. Здесь, в Москве. Если он достроит его… он пошлет сигнал Флоту Жнецов напрямую.

— И сколько у нас времени? — спросил Клин, перезаряжая дробовик.

— Судя по темпам строительства… двое суток. Максимум.

Я отошел от стола.

Ситуация была хуже, чем я думал.

Мы зажаты. С одной стороны — предатель Меньшиков с личной армией и поддержкой Доминиона. С другой — обезумевший цифровой бог, собирающий армию из кофеварок и такси. С третьей — Инквизиция, которая, вероятно, сейчас пытается сжечь город, чтобы остановить заразу.

— Нам нужны союзники, — сказал я. — Настоящие.

— Граф Морозов? — предложила Инга.

— Он заблокирован в своем поместье. Я вижу по карте — его дом в осаде.

— Доминик?

— Инквизитор сейчас занят тем, что пытается не умереть в центре города. Его «Паладины» держат оборону у Храма Христа Спасителя.

Я посмотрел на карту ещераз.

Мне нужен был кто-то, кто знает город изнутри. Кто ненавидит Меньшикова. И у кого есть ресурсы, не подключенные к общей сети (а значит, не зараженные).

Мой взгляд упал на «серую зону» в районе Китай-города. Там не было ни боев, ни активности дронов. Темное пятно.

— Катя, — я повернулся к ней. — Твой клан. Волонские.

Она напряглась.

— Мой отец… он сложный человек. Он консерватор. Он скорее умрет, чем будет говорить с бастардом.

— Твой отец сейчас сидит в своем бункере и трясется от страха, потому что его телепаты сходят с ума от фона Бездны. Ему нужно решение.

— И что ты предлагаешь?

— Я предлагаю сделку. Информацию в обмен на армию.

Я вывел на экран досье Меньшикова, скачанное из памяти азиата. Счета, переводы, записи разговоров с кураторами Доминиона. Доказательства государственной измены высшего уровня.

— Если мы сольем это в сеть… это ничего не даст, сеть лежит. Но если мы передадим это Волонским… Твой клан контролирует «шепот» — сеть слухов, курьеров, аналоговой передачи данных. Они могут донести правду до каждого гарнизона, до каждого полковника, который еще верен присяге.