Онлайн книга «Бирюзовый Глаз»
|
– Возможно, – рассеяно согласился я. – Алексей Николаевич, некоторое время назад у меня было что-то похожее на очень яркие галлюцинации… или иллюзии, не знаю, как правильно. И я детально и как мог красочно рассказал историю со шкафом в гостиной Леонида. Поведал о кукле и о базальтовой плитке, что, если верить ощущениям, отбросила в мое собственное прошлое. Причем два раза. Врач слушал внимательно, не перебивая. По мере моего рассказа взгляд его делался все более и более серьезным и заинтересованным. – Понимаете, – заканчивал я, – это были реальные эпизоды, действительно происходившие со мной в прошлом. Настоящие события, которые я прекрасно помню. И эпизоды эти выглядели так, будто просто оказался в этом самом прошлом. В те моменты даже не думал, что это воспоминания там, иллюзии или галлюцинации. Я просто пережил это еще раз, как наяву. – Любопытно, – задумчиво сказал психиатр, когда я совсем прекратил свой рассказ, – давайте я проверю ваши рефлексы. Раздевайтесь до трусов. Проверив ориентацию и чувство равновесия, а также рефлексы – пяточные, коленные и еще некоторые другие, Алексей Николаевич сказал: – Можете одеваться, Рефлексы немножко ослаблены, но в пределах нормы. А теперь давайте познакомимся с вами получше. Кем вы работаете? В двух словах я попытался объяснить характер и некоторые специфики моей трудовой деятельности. – Хорошо, – кивнул врач, моя руки под краном. – Расскажите о себе все. Не торопитесь, время есть. – Начать с детства? – полушутливо спросил я. – Вот именно, что с детства, – вполне серьезно согласился доктор, усаживаясь за стол и тщательно поправляя немногочисленные предметы на нем. Видимо там все должно было располагаться в строго определенном, ведомом лишь одному хозяину порядке. – Основные и наиболее важные эпизоды. Чем болели, что доводилось испытать необычного. Какие у вас случались травмы: как физические, так и душевные. Все, что вспомните. – А если долго получится? – Все-таки попытайтесь. Если не возражаете, позволю себе перебивать вас и уточнять отдельные непонятные моменты. Вы не против? – Нет, конечно. Какие возражения? Родился я… Далее, детально и обстоятельно, я пересказал основные вехи собственной биографии. Иногда врач перебивал уточняющими вопросами. – Скажите, – мягко вымолвил Алексей Николаевич, когда я, наконец, закончил «журнальную версию» своей истории, – у вас последнее время настроение не ухудшалось? Не замечали резких колебаний самочувствия? Быстрой смены настроения? Чувства сильной усталости,депрессивного состояния? Черных мыслей? – Нет, все как обычно. Ничего такого. – А травмы головы у вас были? Сознание теряли? – Да нет, я бы запомнил. Врач помолчал несколько секунд, потом спросил: – Ухудшения памяти не замечали? – Замечал. Пришлось завести записную книжку: стал иногда забывать старые телефоны, которыми давно не пользовался. Начал вести список литературы. – Хорошо знакомые имена забываете? Путаете? – Нет. Если бы не странности, о которых уже говорил, то все было бы в норме. – А что вы считаете нормой, если не секрет? – Алексей Николаевич повернул вертикально вверх металлически-блестящую авторучку, что крутил в руках. – Когда вообще отсутствуют мысли о собственном здоровье. – Кратко, но емко, – с каким-то странным выражением, согласился врач. – Забавная фраза, даже хочется взять ее на вооружение. А как общее самочувствие? Сердцебиение? Головокружение? |