Книга Чмод 666, страница 47 – Александр Лонс

— А среди этих персонажей женского пола не упоминалось такой — Габриель? — вдруг спросил я.

— Габриель? Габриэлла… Да нет вроде… Красивое имя, довольно часто встречается в Европе, в Америке. А почему ты вспомнил? В его основе лежит древнесемитское — Джибраил. По-русски — Гавриил, что означает «Божья твердыня» — это имя одного из архангелов. Но персонаж этот как будто вполне мужского пола. Хотя — какой у ангела может быть пол? Он же бесполое существо. В общем, под именем Гавриил-Джибраил с незапамятных времен, — дядюшка почему-то усмехнулся, — было принято обозначать доброго ангела, приносящего вести от Бога людям, но в большинстве случаев — не просто людям, а пророкам. Однако, это имя могли употреблять и для прикрытия, маскируя хорошим именем влияние на людей совсем недобрых существ, действующих в этот момент…

В этот момент в прихожей раздался звук отпираемой входной двери, послышалась какая-то возня, и донеслись два голоса — женский и детский. Через несколько минут дверь открылась и в гостиную вошла элегантно одетая очень приятная молодая женщина с карапузом лет трех, которого она держала за руку. Женщина показалась мне смутно знакомой. Карапуз сразу отцепился, опрометью бросился к дяде Ираклию и с криком «деда!» тут же залез к нему на колени. Только потом ребенок исподлобья воззрился на меня.

— Петр! Поздоровайся с дядей! — строго сказала женщина.

— Здрас-ствуй-те! — нарочито старательно выговорил маленький Петр.

— Ну, привет! — ответил я, после чего карапуз стал смотреть на меня совсем мрачно. Не умею я ладить с детьми, а временами я их просто боюсь. Мне почти не доводилось общаться с ними. То есть приходилось, конечно, но только когда сам был ребенком. Ни младших братьев, ни сестер у меня не было, собственных детей тоже не завел.

— А меня кто будет приветствовать? — с притворной обидой спросила женщина.

Я поздоровался, отвесив галантный поклон. Только сейчас я понял, что это была младшая дядина дочь — та самая бизнес-леди, что вкладывала деньги в обустройство и реставрацию квартиры, где я имел честь в настоящий момент находиться.

— Это вот — и есть мой внук! — гордо проговорил дядюшка. — А с Юлькой вы и так знакомы.

— Папа! — обиженно проговорила она. — Не зови меня так! Я же просила называть меня в присутствии третьих лиц — Юлия!

— Ну, хорошо, хорошо. Юлия.

— Да, — сказал я, — знакомы, конечно. Но не виделись уже лет наверное десять… или больше?

— Пятнадцать, — поправила Юлия. — Я тогда училась в пятом классе. А вы приезжали по каким-то своим таинственным делам.

— Да чего уж там таинственного. Небось, организовывал очередную выставку.

— Вы это там о чем? — вдруг спросил дядушка. — Держите меня в курсе!

— А чего тебя держать? Ты и сам хорошо на ногах стоишь, — засмеялась Юлия. — Лучше погуляй с Петром. Врач велел тебе ходить и больше двигаться.

Когда дядя Ираклий отправился гулять со своим беспокойным внуком, и мы с Юлией остались наедине, она задумчиво посмотрела на меня. Будто оценивала. Я почувствовал себя как-то неуютно, и чтобы хоть что-то сказать, спросил:

— Слушай, А эта квартира— просто чудо! Когда я приходил сюда в последний раз, тут все было замызгано и полно соседей.

— Помню. А вас я в ту пору называла — «дядь Вить», — поддержала мою тему Юлия.