Онлайн книга «Куколка»
|
— Куда приеду? — удивился я. — Ты сейчас где? Вообще-то никуда не собирался. Может несколько позже… Возможно, съезжу осенью, например, на недельку на Октоберфест выберусь... — Да в Питере я, в Питере! Какой нафиг Октоберфест? Ты в ближайшие дни должен здесь быть. Почему меня не пригласил? Знаешь же, что я в Петербурге. Разговаривая с Машей, я зачем-то переместил куколку прямо на край базы радиотелефона. Пусть тут посидит. — В ближайшие время вряд ли удаться осуществить… Погоди, а с какой радости вообще такая спешка? Куда тебя не пригласил? Где ты будешь? — Забыл что ли? Уже давно болтается объявление о презентации. Твое присутствие вообще-то заявлено. — Звучит угрожающе, — отозвался я, с неожиданным усилием отрывая взгляд от куколки. — Что за презентации? Почему не знаю? — Не знаю, почему не знаешь. У тебя что — амнезия или склероз? Ранняя форма болезни Альцгеймера? — Маша была неумолима как природная стихия и требовала твердой конкретики. — Погоди-погоди, не так быстро, давай по порядку. Если желаешьобсуждать Общество плоской земли, французского президента и немецкого канцлера, то я — пас. Тут пришлось сделать небольшую паузу и сменить тон на более серьезный, и я спросил: — Что-то случилось? — Можно и так сказать, — согласилась Маша каким-то ехидным тоном. — Случилось. Презентация твоя случилась. Вернее — должна случиться. Лови ссылку… поймал? Посмотрел? Когда увидимся? Что еще за презентация? Кликнув по линку, действительно увидел объявление на сайте какой-то питерской библиотеки о моем, якобы, участии в мероприятии. Не просто участии, а, так сказать, в заглавном качестве. Под снимком моей физиономии присутствовали краткие сведения обо мне, кю-ар код и модный ныне хэштег: мои имя-фамилия через черточку предваряемые знаком «решетка». Тем временем Маша давила на мозг и требовала конкретики. Ее напор начинал понемногу надоедать. Что тут можно возразить? Вообще-то в ближайшие дни ехать никуда не думал и не хотел, но было время, когда собирался. Лето в прошлом году выдалось на редкость отвратительное. В мае у нас повторно включали отопление, в июне неоднократно бывали заморозки, а к середине июля дневная температура не поднималась выше пятнадцати градусов по Цельсию. Что же касается Петербурга, то дела там обстояли и того хуже: лето вообще не наступило. Зарабатывать какую-нибудь простудную болезнь, с перспективой перехода в хроническую, решительно не хотелось, поэтому в прошлом году я вообще в Питер не ездил и сейчас рассчитывал наверстать упущенное. Возможно, закаленным петербуржцам все нипочем, но я, как существо теплолюбивое, пока еще не отогрелся после зимы. Более того, лелеял мечту поехать потом в отпуск куда-нибудь в южные края: к теплому морю, к солнцу, к пальмам и нагретому пляжному песку. Поэтому унылые серые воды Финского залива как-то не прельщали. — Ну что. Приезжай, — без особой радости и энтузиазма сказал я, приблизительно догадываясь, какие слова сейчас последуют. — Я, к тебе? Совесть есть? К тому же никак не получится. У меня бизнес, и в Москву не могу. Да и не хочу. Может попозже и устрою себе небольшой… или большой отпуск, но не раньше ноября, причем поеду куда-нибудь в теплые страны. Сам приезжай, твое выступление анонсировано вообще-то. — Еще весной скучал по тебе, — брякнул я, меняя тему беседы. — Вспомнил наши посиделкина питерской крыше, и потом, когда мы… |