Онлайн книга «Разрыв легенды»
|
– Тараканы? В каком плане? – насторожился похожий на студента молодой консультант-продавец. – В плане корма. У меня группа сцинковых гекконов. – А, – оживился молодой человек. – Есть, конечно. Но только туркменские. Правда, еще мадагаскарские имеются, но эти крупные, их обычно в качестве домашних питомцев держат. В качестве кормовых могу еще живых двупятнистых сверчков, Gryllus bimaculatus, предложить. – Сверчков жалко. А обычных, отечественных, тараканов нет? Рыжих? – Они называются Blattella germanica. Нам не разрешают их продавать. – Почему? Раньше же можно было? – То раньше. – Продавец явно обрадовался возможности поговорить. – Роспотребнадзор запретил. Считается, что обычный таракан – вредное, потенциально опасное насекомое, а в случае побега быстро распространяется по человеческому жилью и может стать переносчиком различных заболеваний. Кстати, обыкновенных сверчков по той же причине продавать нельзя. А туркменские и прочие экзоты вроде как в нашем климате не выживают. – Хорошо, давайте туркменских. Они поштучно? – В коробочке пятьдесят штук, двести рублей. Коробку по сто штук покупать выгоднее, всего триста пятьдесят рубликов. – Дайте восемьсот штук. Восемь коробок. – Сколько же у вас гекконов? – Много. Научный эксперимент. Если все пройдет удачно, стану вашим постоянным клиентом. Дней через двадцать уже точно знать буду. Вот моя визитка, позвоните потом, если договор понадобится. Протей надеялся таким образом пресечь излишнюю болтливость продавца. Метаморф был уверен, что через двадцать дней, а скорее всего, намного раньше, его в этом мире давно уже не будет. – У нас туркменских тараканов всего десять коробок осталось. Особи разных размеров. Может, всех возьмете? – А давайте. Да, и платежку с чеком оформите, пожалуйста. Потом, следующим вечером, Протей проник в нужную башню бизнес-центра и выпустил усатую компанию под дверь маникюрного салона и других помещений на этаже. На другой день Протей уже при входе застал легкую суету и нездоровое оживление. Метаморф заранее купил в магазине спецодежды защитный комбинезон и маску, какой всегда пользуются дезинфекторы. Костюм дополнял колоритный белый чемоданчик с красным крестом и какой-то длинной надписью на непонятном языке. Повернувшись к охранникам, Протей показал какую-то красную корочку и пробубнил сквозь маску: – Городское управление бытовой гигиены Минздрава. Борьба с особо опасными бытовыми насекомыми. Вас должны были предупредить о моем приходе. – Да, нам звонили, но ведь обещали, что… – Это вам из Роспотребнадзора звонили, – перебил Протей. – А мы – Минздрав! Мы вместе работаем. Не беспокойтесь, я знаю, какой этаж. На этаже все двери были раскрыты и потерянно слонялись какие-то люди. Вероятно, тут уже начали дезинсекцию. Только дверь маникюрного салона была плотно закрыта. Щель под дверью была плотно закупорена губчатым полиэтиленом, а на самой двери оказалась приклеенная скотчем бумажка: «Закрыто по техническим причинам. Всех клиентов просим перенести заказы. Извините за доставленные неудобства». Протей подошел к этой двери и громко постучал. На третий раз отозвался недовольный женский голос: – Закрыто! На сегодня все заказы отменены! – Это не заказы. Тараканов будем морить. – Нет у нас тараканов! – несколько истерично отозвался тот же голос. |