Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 13, страница 24 – Саша Фишер

— Ты же знаешь Яна Уварова? — спросил Конрад.

— Здоровенный такой шкаф? — уточнил Василий. — Марты Ремезовой сынуля?

— Уварова же она вроде? — нахмурился Конрад.

— Да я ее еще со школы знаю, — махнул рукой Василий. — За соседними партами сидели, записочками перекидывались. Это потом она за Уварова выскочила. На первом курсе. Так и что там с Яном?

— Да, короче, Вовчик ему с группой гастроли устроил, — объяснил Конрад. — И концертов еще парочку сверху…

— Один концерт, — уточнил я.

— Ну а Ян начал трепаться, что Вовчик его по деньгам обидел, и еще бандюков своих на него натравил, — сказал Конрад.

— А ты натравил? — спросил у меня Василий.

— Неа, — мотнул головой я.

— А зря, — усмехнулся Василий. — С кем ты там, с Французом дружбу водишь?

— Р — репутация, — засмеялся я.

— Так-так-так, погоди! — Василий замер, не донеся стопку до рта. — Я правильно понял, что ты Уварова под крылышко взял, а он тебе фигвамы рисует и по подворотням треплется?

— Ага, — кивнул я.

— Так давай выкинем нахрен этих его «цеппелинов» со всех площадок! — Василий полез, было, в портфель, который стоял рядом с ножкой столика. Но потом опомнился, что коньяк свой не допил, и выпрямился обратно. — Я Марте говорил уже, что мудак у нее сынуля вырос!

— Ха… — Василий покрутил в руке пустую стопку. — Ха… А ты ведь злыдень, Вовчик, ты в курсе?

— Да ладно, я же добрейшей души человек, — криво улыбнулся я. — Можно сказать, рубаха-парень. Просто как-то перед парнями неудобно стало. «Цеппелины» — неплохие ребята. Играют отлично. Они же не виноваты, что у них фронтмен скурвился.

— Сеня, а ты что скажешь? — Василий посмотрел на Сэнсея.

— Они хороши, — кивнул Сэнсей.

— Тогда что мы сиськи мнем? — Василий плеснул себе еще коньяка и замахнул одним глотком. — И не понадобится устраивать эту суету с подбором, конкурсами и прочей беготней. А?

— А если они решат упереться и Яна поддержать? — задумчиво проговорил Сэнсей.

— Ну и дураки тогда, — махнул рукой Василий.

— Да не решат они, — поморщился Конрад.

— Были «Ян и цеппелины», станут «Семен и цеппелины», а? — Василий подмигнул сначла мне, а потом Сэнсею. — Сеня, ну что ты скучный такой? Мы же с тобой уже прикидывали палец к носу, что группа тебе, как ни крути, нужна. Возить тебя по всей стране с акустическими квартирниками — это такое себе, на семечки только. Ты же звезда! Тебе масштаб нужен. А «цеппелины» эти — нормальные. Нормальные же, а, Вовчик? Хорошо играют?

— Приемлемо, — кивнул я.

— Ну и вот! — Василий сдвинул в центр все четыре стопки и разлил по ним оставшийся коньяк. — Короче, этот Уваров нам, считай что, подарок сделал!

— Они же еще не согласились, — со слегка напряженной улыбкой сказал Сэнсей.

— Сеня, ты меня удивляешь! — Василий сунул нам всем стопки в руки. — Если начнут сиськи мять, значит они клинические идиоты. Пусть идут а Полевой концерты дают.

— На Полевой? — переспросил Сэнсей.

— В психдиспансере, — объяснил Василий, поморщившись. — Откажутся — туда им и дорога. Устроим тогда это твое тра-ля-ля с подбором музыкантов. В музучилище шороху наведем, там моя подружайка давняя работает, она в кого поталантливее пальцем потыкает.

— Вася, притормози! — Конрад хлопнул Василия по плечу. — Что у тебя за манера — идти сразу во всех направлениях? Попустись!

— Да у Сени такое лицо стало, будто ему тут предлагают разборку с перестрелками устраивать, — Василий развел руками. — Ничего с этим вашим Яном не случится. Хвост подожмет и к мамочке прибежит. Через полгода она ему новых музыкантов купит.И всего делов. Я это говно знаю, вот уж что-что, а в петлю он точно не полезет. Так что не ссы, Сеня, никакого греха на душу ты не возьмешь. Или давай я с ними покалякаю. В отличие от тебя, я ни черта, ни бога не боюсь, а мне музыканты при тебе тоже ого-го как нужны.