Онлайн книга «90-е: Шоу должно продолжаться 12»
|
— Однажды дон Хуан сидел рядом со своей пещерой и завтракал, — облокотившись на спинку стула, на котором сидел Сэнсей, сказал я. И ближайший народ немедленно замолчал. И начал шикать на тех, кто был подальше. — И увидел, как по ступеням на последнем издыхании поднимаются несколько пилигримов. Он вздохнул, потому что любил завтракать в одиночестве, но натянул на лицо вежливую улыбку и пригласил уставших путников разделить с ним трапезу и кофе. — Подожди, а разве там у дона Хуана мог быть кофе? — не очень внятно спросил один из гостей. — Отвали, — отмахнулся я. — Это гипербола. Для лучшего понимания. Ведь если бы я сказал, что пил он какую-нибудь комбучу, вы бы не оценили весь драматизм происходящего. — Комбуча? Это еще что за зверь? — А я больше чай люблю! — Да заткнитесь все уже! Дайте послушать! — Короче, дон Хуан предложил им кофе и бутерброды, — продолжил я. — Ему даже пришлось встать и сходить до холодоса, потому что стартовый объем завтрака не был рассчитан на пятерых. — Гостей было четверо? — тут же спросил кто-то. — О, у тебя диплом математика! Возьми с полки пирожок! — Два пирожка! — А может дон Хуан со своей телкой завтракал! — Пилигримы сожрали бутеры и выпили кофе, — я усмехнулся. — И потом развалились на травке, чтобы вести умные беседы с доном Хуаном. И в этот момент дон Хуан даже устыдился немного того, что подумалв самом начале плохое про этих гостей. Они были почтительны, забавны, смеялись над его шутками. В общем, неплохая вышла беседа. До определенного момента. Понимаете, да? Когда все темы уже обсудили, начали повторяться. И солнце стало как будто к закату клониться. И вот сидит, такой, дон Хуан вмест со своей вежливостью и думает: «Вообще у меня по плану был секс, а на ужин там в холодосе отличная тушка цыпленка разморозилась, и вообще…» А гости все не уходят. Продолжают нахваливать на третий круг хозяина этой уютной пещеры, и все такое. Я сделал паузу и подмигнул Сэнсею. — Дон Хуан ничего гостям не сказал, они сами собрались и отправились в обратный путь, — я усмехнулся. — Они спустились по каменным ступеням и скрылись в зарослях бамбука. Но они недалеко совсем ушли. Кто-то из них то ли вспомнил, что что-то забыл спросить, то ли у него заноза какая в ногу воткнулась. Но как раз в тот момент, когда дон Хуан вознамерился вонзить зубы в ароматную цыплячью ногу, по ступеням поднялись те же самые путники. «И снова здравствуй, великий учитель», — говорят они. И улыбаются до ушей. Облизываются даже. Ну а что? В прошлый раз же дон Хуан их встретил приветливо. И накормил вкусно. И тут дон Хуан отложил ножку цыпленка, посмотрел на пилигримов и говорит: «Так, развернули оглобли и сдриснули отсюда, пока я вам не накостылял!» Народ заржал громко и весело. Я снова сделал паузу. Сэнсей смотрел на меня с подозрением. «Вот он выносливый, блин, — подумал я. — Столько пить и не спать, а в глазах до сих пор искры разумности присутствуют». — Пилигримы оказались не очень умные, — продолжил я. — Один даже пытался высказать недовольство таким приемом. И попенять дону Хуану его невежливостью. Ну, там, законы гостеприимства напомнить или еще как-то поныть. Тогда дон Хуан вздохнул, встал, выдал пилигримом сказочных звиздюлей и отправил катиться вниз по ступенькам. Постоял потом на вершине лестницы, чтобы убедиться, что они поднялись на ноги и ухромали по своим делам. И только потом вернулся к своему вкусному цыпленку. И тут ученик, который до этого честно хранил молчание… |