Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 12, страница 115 – Саша Фишер

И в этот момент неподвижная немая сцена немедленно ожила.

— Наташенька, что же ты не предупредила, что вы придете? — замурлыкала наташина мама, трогательно сложив руки на груди. — Мы бы хоть к чаю чего-нибудь приготовили.

— Я уже сто раз тебе говорила, чтобы ты не таскала в мой дом мужиков! — громко провозгласила бабушка.

— Где тебя опять носило? Ты обещала полы помыть! — подавшись вперед, припечатала тетя Вера.

— Я всех вас предупреждала, что сегодня у нас с вами будет разговор насчет моей свадьбы! — Наташа скрестила руки на груди. А у меня от громкости речей заныли барабанные перепонки. — Ребята, садитесь за стол. Мама, без чая мы обойдемся, разговор будет короткий и по делу.

— Чаю они еще тут будут требовать! — выкрикнула тетя Вера. — Тут ничего твоего нет, чтобы ты чаю кому-то предлагала!

— Верочка, ну что за хамство вообще? — напустилась на сестру наташина мама. — Ребята перед тобой ничем не провинились…

Тут все заголосили друг на друга разом. Ну, кроме нас с Евой. Мы молча разместились на табуретках, ожидая, когда «женское царство» выяснит отношения, и можно будет, собственно, сказать то, что мы изначально собирались. Поставить в известность насчет сценария свадьбы.

В детали женского спора я даже вникать не стал, потому что они явно меня не касались. Общий лейтмотив был про то, что Наташа и ее мама — безалаберные и бестолковые, от них всегда одни проблемы. Ну и немного было о том, что бабуля и тетя Вера как-то забывают, что вот сейчас, в настоящий момент, их всех кормит исключительно Наташа. Потому что пенсия — это слезки, в поликлинике зарплату не платят вообще уже третий месяц.

Но этот аргумент как-то пропускался мимо ушей.

«И как Наташа в такой атмосфере выросла нормальной?»— подумал я. И мысленно хихикнул: «Ну да, ну да. Нормальной…»

Но желание сбежать из этого дома стало мне еще более понятным.

— Дамы, позволите взять слово? — сказал я, когда спор четырех женщин начал наконец-то выдыхаться. И, не дожидаясь дозволения, продолжил. — Буду краток. Наташу из дома в половину двенадцатого утра заберет ее жених. Для вас всех тоже будет машина, которая доставит всех к загсу. Там молодые распишутся, и после этого будет небольшое торжество в кафе «Элегия». Только родственники жениха и невесты, небольшой банкет, на двадцать человек.

— А Нюрка как же? — сварливо спросила тетя Вера.

— Вера! — прикрикнула на сестру наташина мама.

— Нюрка? — я вопросительно посмотрел на Наташу.

— Еще одна моя тетя, — сказала она и поджала губы. — Я ее не видела уже лет десять.

— Что ты выдумываешь, мы к ней с тобой в прошлом году ездили! — возмутилась Наташа.

— Только она меня на порог не пустила, пока я сатанинскую свою раскраску не смою, ага, — фыркнула Наташа.

— Ничего не знаю! Но Нюрку надо тоже привезти, — отрезала тетя Вера.

— О божечки! — закатила глаза Наташа.

— И мужа ееного! — веско добавила тетя Вера.

— Да он же сумасшедший! — взвыла Наташа.

— Ничего не сумасшедший! Он тишайший человек, никому никогда ничего плохого не сделал! — продолжала гнуть свою линию тетя Вера.

Снова начался общий гвалт, из которого мне удалось почерпнуть корень проблемы. Нюрка — младшая из троих, выскочила замуж за деревенского дурачка и живет в Ясново. Не то, чтобы очень далеко, километров пятьдесят от Новокиневска. Я прикинул мысленно, что мое присутствие на всех утренних свадебных делах — штука опциональная, дождался, когда гвалт чуть утихнет, и сказал: