Онлайн книга «90-е: Шоу должно продолжаться 11»
|
— А хлеба ты купил? — спросила мама. — Вот, блин, башка дырявая! — Вася хлопнул себя по лбу. — Забыл. Сейчас сгоняю парней. Викторыч, вы проходите-проходите! А то Темка там извелся весь уже, наверное. Комната младшего брата Васи была довольно большой, но когда мы все в нее набились, там, ясен пень, стало тесно. Паренек лежал на кровати. Не знаю, чем именно он болел, но вставать ему или было нельзя, или он просто не мог. Сначала мне показалось, что ему лет восемь-девять. Но когда он приподнялся на локте, обалдело оглядывая внезапно нагрянувших гостей в таком количестве, сало понятно, что он старше. Лет двенадцать-тринадцать. Просто хиленький очень. Но взгляд серьезный и умный. Ну да. Три шкафа с книгами. Причем там вовсе даже не только какое-то увеселительное чтиво. Письменный стол, телевизор… И множество фигурок и изображений медведей. Целая коллекция. — Нам тут сообщили, что один парень собирался прийти на наш концерт, — заговорщическим тоном сказал Астарот, усаживаясь на стул рядом с кроватью пацана. Его косуха скрипнула. — Но не смог. И раз такое дело, мы решили сами этого парня навестить. Привет. Я Саша. Но все называют меня Астарот. — Ттттема, — сглотнув, ответил брательник Васи-Дружины. Потом добавил увереннее. — Артем. Очень приятно познакомиться. И протянул Астароту узкую ладошку. Бросил быстрый взгляд в сторону двери, но Васи там уже не было. За хлебом, наверное, убежал. Или в погреб за вареньем. Сначала Артем смущался, краснел и заикался. И смотрел на нас всех с радостным испугом,то и дело, краснея и пряча глаза. Как будто стеснялся того, что встать не может. Но «ангелочки» довольно быстро растопили эту неловкость. Они у меня ребята непосредственные, да и недалеко, на самом деле, по возрасту ушли от этого пацана. И вот уже они трещат об этих вот медведях, Артем рассказывает, что все началось с вон того ободранного мишки, которого он на чердаке нашел, а бабуля рассказала, что это игрушка деда. Они из оккупации бежали с партизанами, и он плюшевого друга не оставил. Потом Артем рассказал, что собирается учиться на авиаинженера, что хочет строить самолеты и космические корабли. И уже сейчас готовится к поступлению. Потом Бельфегор расчехлил свой поливокс, и Артем сначала завороженно трогал инструмент, опасаясь нажимать на клавиши. Но Бельфегор подбодрил, что, мол, давай, не бойся. Этот монстр советской музыкальной индустрии он точно не испортит, особенно если играть умеет. Целое дело было, конечно, устроить этот тяжеленный гроб так, чтобы парень мог поиграть, не поднимаясь. Играл он, как выяснилось, даже неплохо. Бельфегор взахлеб объяснял ему, что еще может его инструмент, показывал, как что переключается. Остальные «Ангелочки» разглядывали медведей, книги, смотрели в окно, выходящее на задний двор дома. Неплохой такой двор, там стояла просторная беседка, оплетенная лианами, на которых как раз начали пробиваться первые листочки. И мангал еще там стоял такой… внушительный. Но все равно почему-то казалось, что никаких разнузданных гулянок в этом дворе не случается. Представлялись знойные летние дня в тени этой беседки. Цветущие клумбы вокруг. Бледный Артем с книжкой и мама с вязанием. Уютный дворик, добрая и заботливая мама, болезненный и умный младший брат. И Вася… В доме он снял свою кожанку и превратился из Дружины просто в Васю. На плече я моментально срисовал знакомую до боли татуху с парашютом, краешек которой было видно из-под рукава футболки. У меня самого такая была. В прошлой жизни. Никаких «тыры-пыры» от него дома не звучало, «братковскую» манеру речи он как будто оставил за дверью. Остался слегка суетливым, но по большей части это касалось чего-то вроде «да, мамочка, сейчас принесу, ты сиди!» |