Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 9, страница 82 – Саша Фишер

— Ты мне, Янчик, вот что скажи, — я, улыбаясь, смотрел Яну прямо в глаза. — Не так давно один не в меру амбициозный рокер толкал мне весьма воодушевляющие речи, о том, как он поведет рок-клуб в светлое будущее, выведет из подвалов на стадионы… И вот это все. Не подскажешь, куда делся этот парень?

— Да нафига мне это теперь-то? — развел руками Ян. — Мне просто…

— За державу обидно? — хмыкнул я.

«Эх, крупныйшкаф на тонких ножках…» — подумал я.

— Слушай, ну вот будем честны, рок-клуб для нас много добра сделал, — сказал Ян. — А теперь из-за придурка Агафонова…

— Ты так говоришь, будто Агафонов уже сел в кресло Банкина, — перебил его я. Не люблю все-таки нытиков. Реально, вот как так? То он мне вещает про переворот с собой во главе, чисто Че Гевара, в сердце огонь, в глазах — пламя мировой революции. И вот она, самая что ни на есть революционная ситуация. Казалось бы, идеально же вс складывается! И что делает Янчик в это время? Правильно, сидит в углу, глушит портвейн и гундит, что все полимеры мы уже просрали.

— А что, не так что ли? — развел руками Ян.

— Вообще-то, по правилам рок-клуба должны пройти выборы, — сказал я. — С явкой, выдвижением кандидатов и прочей демократической мишурой. Что-то я всего этого не наблюдаю.

— Так вот же сегодня собрание! — сказал Ян. — Как раз по этому поводу.

Я с минуту смотрел на Яна, пытаясь понять, что вообще у этого человека в голове. Песни у него отличные, на сцене он держится как надо. Но в жизни же… Тьфу блин, тюфяк какой-то натурально…

— Ладно, парни, — я встал. — Пейте дальше, пойду с этим вашим Агафоновым пообщаюсь.

— Он тебя на порог не пустит, — сказал Ян. — Ты же в рок-клубе без году неделя, а он с самого начала.

— Непускалка у него не выросла, — хмыкнул я и двинулся к знакомой двери кабинета Банкина.

Народу в фойе прибывало. Среди патлатых, одетых в джинсу и кожу, рокеров опасливо протискивались мамы с девочками в спортивных купальниках и коротких юбочках и румяные пенсионерки. Все-таки этот дворец культуры вовсе не принадлежал рок-клубу, тут продолжали работать всякие детские танцевальные студии, хоровое пение какое-то, зал регулярно сдавался всяким общественным организациям. Сейчас вот все толпились в фойе, потому что сцена пока что была занята и двери плотно закрыты.

«Понимаю директрису, я бы тоже нас выпер из такого козырного ДК», — подумал я. Из-под двери «рок-офиса» тянуло табачным дымом. И, кажется, не только табачным…

Я без стука распахнул дверь и вошел.

— Я же сказал, никому не заходить! — Агафонов тряхнул седеющими кудрями и грохнул кулаком по столу. Немного промазал, попал по тарелке с прилипшими к ней селедочными костями. Тарелка грохнулась на пол, но не разбилась, судяпо звуку. Приземлилась на ногу.

— Ой, простите, — ухмыльнулся я. — Я неправильно зашел, да? Сейчас немедленно выйду и зайду как надо. Как тебя теперь полагается величать? Государь рок-император? Великий рок-гуру? А на коленях заползать или можно просто земной поклон отвесить трижды?

— Ты кто? — Агафонов подслеповато прищурился, покачнулся и вытянул из кармана очки. Напялил их на нос и снова прищурился.

— У меня, кстати, тот же вопрос, — сказал я, склонив голову. — Ты не поспешил креслице занять, хрен с горы?

— Кирилл, ты его знаешь? — Агафонов повернулся к Кречетову.