Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 9, страница 19 – Саша Фишер

— У меня две новости, — сказал я, услышав в телефонной трубке слегка тревожный голос Евы.

— Тогда начинай с плохой, — вздохнула Ева.

— А кто сказал, что есть плохая? — хмыкнул я и еще раз посмотрел на двух спящих мужиков. Отец Евы безмятежно дрых, раскинувшись в форме морской звезды на разложенном диване. А дядя Вова уютно свернулся клубком в кресле. Что при его комплекции выглядело почти нереальным, но пьяные мужики способны удивлять.

— Неожиданно! — было слышно, что Ева улыбается.

— Ага, сам в шоке, — фыркнул я. — В общем, если вкратце, то я нашел инвестора для Ирины и твой отец решил выйти из сумрака.

— Эээ… что? — Ева нервно засмеялась.

— Так, сейчас попробую сформулировать подробности… — сказал я и переложил трубку к другому уху, чтобы, пока говорю, видеть обоих герое дня. Точнее, ночи, конечно.

Пара давних приятелей оказалась любителями уютных домашних посиделок, а не кабаков. Мол, на черта это все надо? Шумно, людишки какие-то вздорные вокруг, невкусно, счет — как крыло от самолета. В общем, мужики завалились в магазин, набрали всякой еды и выпивки как минимум на взвод и поволокли все это в хорошо мне знакомую квартиру Леонида Карловича. Опытным взглядом дядя Вова выкупил мое лукавство с уклонением от выпивки, так что по началу пришлось даже закинуть в себя сколько-то бухла, о чем прямо сейчас ноющая голова мне напоминала. Но потом они накидались, им стало пофиг, пью я или нет, так что я перешел на чай, к счастью, не успев отрубиться.

Тем для разговора было три, по числу участников гулянки. Дядя Вова сокрушался, что во времена оны повел себя как дурак, и не стал моим отцом, о чем до сих пор жалеет. Душевная боль Леонида Карловича крылась в необходимости скрывать свой основной вид деятельности. И масла в огонь его переживаний подлила недавняя статья в «Спид-инфо» про какого-то зарубежного порнографа.

— И такое, понимаешь ли, восхищение через всю статью сквозило, что даже обидно стало! — подперев кулаком щеку, вещал Леонид Карлович. — Как будто там, за бугром, медом намазано! Только там они, понимаешь ли, умеют снимать фильмы для взрослых, а мы тут пальцем деланные!

Ну и третья тема касалась меня и моей деятельности. Слегка захмелевший я в ответ на пристрастные расспросы двух мужиков, ясен пень, выложилвсе как есть. И про офис в «Буревестнике», и про «ангелочков», и про план захвата медийного рынка Новокиневска (для начала), и про своих гениальных сподвижниц и сподвижников. Хорошо хоть до откровений, что я пришелец из будущего не дошло…

— Значит, начинаю с самого начала, — сказал я. — В настоящий момент я нахожусь у тебя дома. Ну, точнее, дома у твоего отца.

— Ничего себе, — ахнула Ева. — И как же тебя угораздило?

— Это как-то случайно получилось, — я пожал плечами. — Мама попросила помочь старому знакомому, потом в этот клуб знакомств пришел твой отец, вот и…

— Клуб знакомств? — переспросила Ева. — А старый знакомый твоей мамы — твой тезка, да?

— Все так, милая, — подтвердил я.

— Трындец, — сказала Ева и засмеялась. — Могу себе представить… Ну давай, рассказывай дальше уже.

— Всякие сочные детали я, пожалуй, опущу, — фыркнул я, снова прокручивая ночную гулянку в голове. Не то, чтобы она была какой-то запредельно-веселой или безумной. Но это всегда так бывает с пьянками. Сами участники на утро считают, что совершили ряд безумнейших поступков, были героями и оторвами. На деле же все довольно скромно — все просто сидели за столом, наливались бухлишком и на все лады повторяди одни и те же фразы. Если компания разнополая, то мог случиться пьяный перепихон. Исключения случаются, ясен пень, но это такое общее место…