Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 8, страница 5 – Саша Фишер

— Ох, сейчас ослепну! — фальшиво ахнул Гуров. — Что же ты со мной делаешь, Лев Германович? Ладно, шутки в сторону! Дело серьезное! Время объявлять победительниц. Итак, третье место… Эй, а где барабанная дробь?

Гуров выдержал паузу, но барабаны не зазвучали. В зале на какое-то время замолкли, но потом снова начали кричать, свистеть и хлопать.

— Итак, третье место и приз от трикотажного ателье «Чудесница» получает… — Гуров снова выдержал паузу. — Александра Самсонова! Сашенька, просим, покажись зрителям во всей красе!

Из ряда девушек вперед шагнула невысокая пухленькая девушка с темными крутыми кудряшками и круглым улыбчивым лицом. Она отправила в зал несколько воздушных поцелуев и остановилась на середине. Яркий, как попугай, конферансье подскочил к ней и приобнял ее за плечи.

— Сашенька, что вы чувствуете сейчас? — доверительно спросил он.

— Ой, это так неожиданно! — затараторила «третье место». — Меня подружка с собой привела, я сначала идти не хотела…

— Сашенька, мы тобой очень гордимся! — перебил ее Лев Германович. — Вот как раз несут твой приз, смотри! Лента победительницы и здоровенная, просто огроменная коробка! Кстати, трикотажное ателье «Чудесница» производит очень качественные и красивые вещи. Я там не только свою жену одел, но и для себя кое-что присмотрел, да-да…

— Лева, какая жена? — раздался из колонок пьяный голос Гарика. — Отродясь у тебя никакой жены не было… Да убери ты от меня руки, я этот конкурс устроил, так что не указывай мне, что делать…

А, ясно. Гарик отобрал микрофон у Гурова и полез на сцену по боковой лестнице.

— Всем привет! — заявил он, повернувшись к залу. Покачнулся и расплылся в счастливой улыбке. — А я пришел объявить победительниц! Где тут мои красавицы?

— А вот и моя Маша! — Гарик остановил мутный взгляд на одной из девушек. Шагнул к ней, протянул обе руки, потом с недоумением воззрился на микрофон, будто силясь сообразить, что же это такое он в руках держит. Очки на его лице покосились, он зашевелил губами. Потом вспомнил, зачем микрофон и поднес его к лицу. — Маруся-Маруся! С тобой я напьюся!

Длинноногие модели, стоявшие по бокам от девушки, на которую залип Гарик, шарахнулись в стороны. А сам виновник торжества обнял свою «звезду» и повис на ней. — Машенька, ты здесь самая лучшая, поняла? Если кто-то скажет другое, покажи мне его, и я ему… того… этого… ик! Подправлю лицо, вот! Поняла?

Он сунул микрофон прямо в лицо девушке.

— Я Вера, — сказала она неуверенно.

— А какая разница! — Гарик махнул рукой, снова качнулся, потерял равновесие и повис на девушке. Та обхватила его за талию и беспомощно огляделась. — Была Вера, станешь Маша… Главное, что ты самая лучшая, да? Кстати, девушка, телефончик же оставите…

Микрофон в руке Гарика мотнулся и продолжения его речи было не слышно. Но судя по всему, говорил он что-то весьма неприличное, потому что даже с моего места было видно, как девушка покраснела.

Зал, который с момента появления на сцене Гарика, безмолвствовал, теперь ожил. Раздались шуточки с места, смех и неуверенные аплодисменты.

— Боже, какой позор… — простонала Ирина у меня над ухом. Не успел заметить, когда она пришла в зал из-за кулис.

— Не позор, а испанский стыд! — с важным видом поправил я. — Позор был бы, если бы на сцене пьяная сейчас ты стояла.